Святитель Феофан Затворник
Письма к разным лицам о разных предметах веры и жизни

32

     Пишешь: «Я нахожусь в несчастном положении, и считаю себя близким к погибели. Я имел небольшое состояние, но в настоящее время ничего не имею, даже дневной пищи, – и семейство мое терпит нужду и изнурение. Мне думается, что Господь нас оставил и не слушает наших молитв и прошений. И невольно приходит на мысль, что Священное Писание как будто нас обманывает… По слабости человеческой боюсь, как бы не принять смерть насильственную. Буду ли я виновен в моей крови? Потому, что я раньше прошу у Господа, чтоб Он не погубил души моей… Сам я готов бы еще терпеть, но семейство мое страждущее отбивает всякое терпение. Жена и дети малолетние из-за меня, негодного, страдают. Пусть бы Создатель меня одного наказал, а их от страдания избавил… За что страдаю? Догадываюсь, что за грехи. По торговым оборотам были неправды крупные.. которые и перечисляешь. –Или, может быть, я не умею найти своего таланта?.. И не знаю, как устроиться. Думаю пойти куда в услужение.., хоть сам имел слуг».
     Я нарочно прописываю почти все твое письмо; потому что в нем сам ты отчасти уже намекаешь на то, откуда тебе следует заимствовать утешение и воодушевление к терпению и чем хоть сколько-нибудь помочь беде. Ангел-хранитель подсказывает это тебе, но, видно, что и враг не дремлет, а покушается то омрачить твой ум неправыми помышлениями, то ввергнуть в отчаяние. Почему первое мое тебе слово: перейди сознанием на добрую сторону, и ее держись, отгоняя недобрые навеяния вражии.
     Было, говоришь, состояние, а теперь ничего нет, даже хлеба насущного. – Кто может сказать, что это не горестно? Крайне горестно. Но помяни Иова, – воодушевись. Ты, конечно, не столько потерял, сколько он. Тем легче тебе усвоить то, что он говорил и чувствовал: Господь даде, Господь отъят. Якоже Господеви изволися, тако и бысть. Восстанови же и укрепи убеждение веры, что все бывающее бывает по изволению Господа, и покорись Его решению. Положил Господь дать тебе небольшое состояние и дал. Ты пользовался им до времени и жил в довольстве. Теперь Он определил взять от тебя данное и оставить ни при чем. Прими и это решение, как принимал первое, – благопокорливо: Господь Владыка всего. Как хочет, так и распоряжается всем. Говори же в сердце своем: «Так изволися Господеви! Буди благословенно имя Его!»
     В отношении к имуществу мы у Господа приставники, а Он – хозяин. Одного к одному приставляет, другого к другому, и переменяет приставников, как находит лучшим. Был ты приставлен к немногому, а теперь отставлен. Потерпи немного. Может быть, Владыка всего приставит тебя к другому чему. Иов и все потерял, и сам стал ни к чему негож, а все не падал духом. Ты же еще на ногах и здоров, а растерялся и руки опустил. Скорее тебе следует думать, что Владыка отставил тебя от этого приставничества только на время, чтоб дать другое, нежели что Он совсем бросил тебя. Потерпи немного, – и опять получишь что либо.
     Легко, скажешь, говорить: потерпи, – но как терпеть-то?! Есть надо, а нечего. С голоду умираем. Ну, это ты немного увеличиваешь свою беду. Когда общий голод, тогда, конечно, умирают с голоду; а когда кругом все в довольстве, как умереть с голоду? Проси. Никто не откажет в куске хлеба и в другом, без чего жить нельзя. Стыдно? Что делать? Смирись, когда смирил тебя Господь. Смирением расположишь других еще к большему состраданию. И кое-как устроишься. А там Господь пошлет и лучшее что.
     Ты говоришь, что готов бы пойти в услуги. И прекрасно. Иди, не стыдись. А если и жена может то же сделать, еще лучше. Ни одного положения нет низкого. Низко одно – быть неисправным и в чем-либо неверным. И водовоз, и дровосек почтенны и пользуются в самом деле почетом, когда как следует работают. Вот у тебя и обеспечение небольшое будет. А при этом терпеть уже не совсем будет несносно. Покажете умение служить, заслужите доверие, – получите большие поручения, и большее будете иметь обеспечение. А там, может быть, соберетесь настолько, что сможете начать опять прежние свои дела. А ты руки опустил и голову повесил, и твердишь: «Господь нас оставил, Господь нас не слушает».
     Господь никогда не оставляет, а только дает разные положения и состояния и переменяет их для иных. Если бы Господь тебя оставил, то тебя уже не было бы и на свете. А как ты живешь, то значит, Господь не оставил тебя, но блюдет, как и других, – только переменил твое состояние. Состояние  это не таково, какого тебе хочется; потому мятешься. Но что мятешься? Бога не преодолеешь. Смирись лучше под крепкую руку Божию и восхоти сего именно положения, Богом тебе присужденного. И успокоишься.
     Конечно, тебе приходит на мысль: «Что ж другие-то все вокруг живут как обычно, только я один потерпел горькое изменение». Да что тебе до других? Им судил Бог так пребыть, как были, а тебе потерпеть изменение на худшее. Не на других смотри, а на руку Божию, изменение в твоем состоянии произведшую. Поставь себя пред Богом и не посмеешь заикнуться: «Как же другие?» Ибо совесть твоя скажет тебе, что чрез это ты вступаешь в прю с Богом, отчета у Него требуешь: «Как так поступил Он в отношении к тебе?!» И заставит тебя замолчать.
     Если ты веруешь в промышление Божие, попечительное о нас, то должен веровать и в то, что у Бога всегда есть отчет, почему Он так и так распоряжается нашей участью, – и отчет сей никогда не в ущерб нашему существенному благу; только Он не всегда благоволит открывать нам, почему так бывает. Вера удостоверяет нас, что все бывающее бывает от Бога, и, как Бог всеблаг, бывает к существенному благу нашему. Восставь сию веру, и она осветит примрачность твоего положения, дав тебе восчувствовать, что другие оставлены так, как были, потому, что это для них благо, а тебя постигло горькое изменение, потому что это для тебя лучше. Увидь же, что ты ничем незаделен сравнительно с ними, а находишься у Бога на одной с ними линии.
     И что я говорю: на одной? Ты выше их стал. Читай, что пишет св. Павел в послании к евреям: Егоже любит Господ, наказует: биет же всякаго сына, егоже приемлет. Аще наказание терпите, якоже сыновом обретается вам Бог (Евр. 12, 6–7). Всех любит Господь и о всех печется. Но кого подвергает испытанию какому-нибудь, то этим показывает, что того особенно любит, в достоинство сынов своих любимых возводит.
     Скажешь: «Как же это так? Любовь показывает, а больно». Что делать? В этом не Божия вина, а наша. Таковы мы, что нам любовь показать Бог не может иначе, как сделав нам больно. Больны мы всесторонне и требуем острого врачевания, которого целительность переходит к нам не иначе, как чрез больно. Бог это и делает теперь. Увидел, что если тебя оставить еще на несколько так, как был, то болезнь твоя стала бы неизлечимою. Потому приступил к тебе с врачеваниями. А врачевание это потребовало отсечения и прижигания. Вот и больно. Больной, которому отрезают иную часть, не говорит, что лекарь его оставил, а напротив, тут-то и видит, что лекарь попечительно за ним ухаживает. Так и ты видь в отсечении всего имения твоего особую о тебе Божию попечительность, а не оставление.
     Тебе бы хотелось поосязательнее увидеть, почему именно такое отсечение употреблено в отношении к тебе, как заключаю из твоего вопроса: «За что это такое страдание?» Но ты же сам и ответил: «За грехи, которые и перечисляешь». Грехи не малы. Если б тебя оставить так, ты бы, конечно, и еще приложил подобных грехов побольше. Грешный твой навык и настроение укоренились бы и до того бы испортили тебя, что ты и не воздохнул бы о своей худости. Если б Господь осудил тебя на погибель, так бы и оставил тебя течь своей дорогой в пагубу. Но как любит тебя и не хочет твоей пагубы, то послал тебе горе, чтобы ты опомнился, познал грехи свои, покаялся в них и исправился. Вот для чего именно так поступил с тобой Господь. И твоя собственная совесть напомнила тебе об этом. Послушайся же ее внушения, вонми Божию о тебе намерению и сделай то, чего Он от тебя требует. Пересмотри все свои неправости, осуди их, оплачь и исповедуй на духу, положив твердое намерение действовать уже всегда по чистой совести, если Богу угодно будет опять приставить тебя к прежним делам. Если так исправишь свое внутреннее настроение и приложишь еще решение удовлетворить всех онеправдованных, подобно Закхею, когда будешь иметь возможность, то представишь в себе нечто достойное помилования, – и не дивно, что встретишь сие помилование. Сделав так, ты будешь готов к помилованию. Если и за тем продолжится твое горькое положение, то для того только, чтобы ты покрепче утвердился в принятых тобой добрых расположениях. Тут бывает тоже что в кузнечных изделиях, – что кузнец, сделав вещь, не тотчас отдает ее в употребление, а прежде закаляет. Не дивно, что и Господь, и после твоего раскаяния, продлит твое испытание, чтоб закалить тебя в добре.
     Из сказанного тебе ясно, полагаю, почему Бог не слышит, как тебе кажется, твоих молитв. Перекрестился ты раз-другой, и ждешь, что вот-вот все небо подвегнется к тебе на помощь; сам же между тем и на волос не движешься к тому, чего требует от тебя Бог в настоящих твоих обстоятельствах. Как же тебя слышать? Покайся, исповедуй грехи, положи исправить свои сердечные расположения, – и жди, как благоволит устроить тебя Бог, не предрешая того. Тогда если и придет на мысль, что Бог не слышит, все же ты хоть какое-либо основание к тому иметь будешь. Но я думаю, что такая мысль не придет уже. Ибо тогда совесть будет уверять тебя, что все еще мало терпел сравнительно с грехами, и молиться тебя заставит: «Прибавь, Господи», – чтоб совсем очиститься.
     Бог не слышит? Бог все слышит и видит. Только желание твое исполнить не находит полезным для тебя. Он вверг тебя в огнь искушения, чтоб из тебя выжечь все неправое, и не погасит огня сего, пока вполне очистишься. Ты похож теперь на хлеб, посаженный в печь. Хозяйка не вынет хлеба из печи, пока не удостоверится, что он испекся; и Господь не изведет тебя из печи скорби твоей, пока не увидит, что ты прочно установился в добрых расположениях. Сиди же в сей Божией пещи и терпи.
     Это все вражьи навеяния: «Бог не слышит, обетования слова Божия неверны; лучше покончить с собою». Припомни Божии обетования в слове Его и увидишь, что ни одно не осталось неисполненным, и именно так, как обетовано. Не стану перечислять их. Остановлюсь на том, которое ближе тебя касается, именно – обетовании слышать молитвы молящихся и миловать их. Всех слышал, которые просили о должном и просили, как должно. Услышал Моисея пред морем, услышал Анну, матерь Самуила, услышал Илию, услышал царя Езекию, услышал трех отроков в пещи, Даниила во рву, – и сколько других есть услышанных?! Припомни все это, и прогонишь худое помышление, будто слово Божие обманывает нас. Если не услышана бывает молитва, то вина того за нами: не так молимся, как следует, и прочих не исполняем условий услышания. Враг же подходит и влагает клевету на слово Божие, тогда как нам следует себя винить, а не слово Божие.
     О том, будто лучше покончить с собой, я и говорить не буду. Нелепость этого сама собой очевидна. Конечно, ты веруешь в будущую жизнь. Рассуди же! Ты сам себя произвольно в здравом уме лишишь жизни, – и совершишь смертный грех, с которым перейдешь и в другую жизнь, не покаявшись, ибо когда тут каяться? – Почему прямо и будешь осужден в ад. Какое же это будет поправление своего положения? Убьешь себя, чтоб избыть от беды, и за то попадешь в безмерно большую беду, вечную, неизменную. Пока тут бедствуешь, можешь питать надежду на том свете за это лучшей сподобиться участи; а на том свете уж не будет такой надежды. Попадешь в ад, там и останешься. – Вот какую внушает тебе враг поправку положения твоего горького! А если будешь благодушно терпеть, то и здесь, может быть, поправишься, и на том свете милость встретишь.
     Больше не имею что сказать тебе. Благодушествуй же и терпи, помня слово Господа, что претерпевый до конца спасен будет.


Полезная информация: