Семинарская и святоотеческая библиотеки

Семинарская и святоотеческая библиотеки

Семинарская и святоотеческая библиотеки

4. Оно, наконец, дает нам возможность благодетельствовать другим и споспешествовать их благу. Истинно — христианская добродетель всегда обнаруживается посредством искреннего участия в благе ближних и деятельного содействия оному. Поэтому она всегда соединена с человеколюбием, благотворительностью, услужливостью и милосердием. Трудолюбие и в этом отношении составляет вспомогательное средство к добродетели. Оно стремится не только к своим выгодам, но и к общей пользе.
Христианский труженик при исполнении своих дел и занятий желает не только приобретать себе прибыль, но и служить своим ближним и привнести свою долю к общему благу. Он трудится, чтобы из сбережений своих благотворить бедным. Так человек трудолюбивый может быть благодетелем своих братий.
Потому что, при ревностном стремлении к исполнению своих повинностей, он становится более и более деятельным и искусным, a посредством этого и более способным к важнейшим занятиям. Трудолюбие становится ступенью к высшей деятельности, средством к большей возможности содействовать общему благу. Как многие люди из самого низкого сословия рабочих и слуг заслужили почет и известность своим неистощимым, ревностным и добросовестным трудолюбием в пользу блага людей!
 Если таким образом трудолюбие служит вспомогательным средством к добродетели, то будем трудиться в нашем звании не из принуждения и нужды, но с убеждением, что Бог предназначает нас к труду по мудрым и благим намерениям, чтобы он служил средством к достижению нашего нравственного совершенства.

Образцы церковной проповеди.
Слово в Неделю Святых Отцов.
Святая Церковь вспоминает ныне первый вселенский собор 318 Святых Отцов, защитивших догмат ? Божестве Господа нашего Иисуса Христа, и осудивших Ария, нечестиво рассуждавшего ? этом. Намерение Святой Церкви в этом то, чтобы напоминанием об опасностях, каким подвергались тогда христиане от Ариева лжеучения, навести нашу мысль и заботу на опасности для веры, какими окружены мы ныне, — и примером тогдашних христиан, особенно Святых Отцов, воодушевить нас к тому, чтобы твердо стоять в истине, не колеблясь ветром ходящих и быстро сменяющихся мнений. Правда, нет y нас ныне какого-нибудь Ария — начальника и руководителя ложного учения, но ложные учения безлично расходятся всюду — губят простые души, как ветер тлетворный, или роса злокачественная губит растения и цветы.
Исходят эти учения из центров светского просвещения; но и там они не самородны, a заносятся туда извне; так что над нами точно исполняется сказанное Апостолом Павлом Ефесянам, — как слышали вы в нынешнем апостоле: “Ибо я знаю, что, по отшествии моем, войдут к вам лютые волки, не щадящие стада; и из вас самих восстанут люди, которые будут говорить превратно, дабы увлечь учеников за собою” (Деян. 20:29-30).
Заходят к нам волки — чужие; наши, перенимая y них, по примеру их, говорят превратно и, отторгая от Святой веры, увлекают за собой.
Но, из какого бы великоименитого места зло ни исходило, оно тем не менее зло — и наш долг быть на страже не делается от того менее обязательным. Видите, что ложь ходит вокруг нас, лезет в уши и очи наши, чтобы прорваться внутрь нас и убить там любимую еще и чтимую нами истину. Думаю, при виде этого не раз исторгался вопрос из глубины сердца вашего: что же нам делать?
Ничего более того, что делали во все времена христиане, когда ложь нападала на истину: стоять в вере и за веру.
Чтобы устоять в вере, надо прежде всего поберечь себя.
Апостол Павел, указав Ефесянам на опасность их вере, присовокупил: посему бодрствуйте.
Быть бдительными нам надо прежде всего над собой.
Мы сами в Себе носим готового ересеначальника и кузнеца всякой лжи — наш разум. Поддайся только ему, — и он заведет не ведомо куда. Удивитесь, может быть, не думая, чтобы таков был разум — но на деле так оно и есть. Ныне все и повсюду ищут разумности. Только и слышишь — того требует разум, об этом как скажет разум, — дайте разумное воззрение, разумное убеждение, разумную веру.
Если верна пословица: что y кого болит, тот ? том и говорит; то — разум есть болезнь нынешнего времени. Хорошо, что ищут разумности. Но то не хорошо, что ищут ее в одном разуме чоловеческом. Сей разум хотят сделать всемирным наставником — царем истины.
Непонятно, откуда ему такая честь? Когда родится человек на свет, ничего не знает; ни одной вещи назвать даже не умеет сам, всему учится; a как только стал на ноги, еще не вступив в совершеннолетие, начинает надмеваться и твердить: я, да разум y меня, все рассудим и порешим сами собой.
Разум действительно есть великий Божий дар, но, даруя его нам, Бог не поставил его источником истины, a только приемником ее. He сказал Он нам: вот вам разум, — его слушайтесь, и как научит вас, так и поступайте; a что сделал?
Создав человека с разумом, тотчас явился ему и стал учить его истине, и с тех пор не переставал и не перестает направлять его к познанию её и просвещать ум его её осязанием.
Сам Он многократно являлся, Ангелов посылал, воздвигал Пророков, в последние же дни возглаголал к нам в Единородном Сыне Своем Господе нашем Иисусе Христе.
И глас был слышан с неба не раз: “Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте” (Мат.17:5). Вот кого надо слушать, a не только разум.
Разум есть способность познавать истину; но сама истина не в нем, a должна быть преподана ему извне. Кем же как не Богом — источником бытия и истинного ведения! Она и преподана Им, пребывает на земле, — хранится и преподается всем.
 Разуму надо сказать: изучай ее и храни — из себя же самого ты можешь испускать только фантазии, как мыльные пузыри, или вытягивать хитросплетение помышлений, как сеть паутинную, которые разлетаются при легком дыхании ветра.
Так вот, братие, когда в вас, как червь какой, зашевелится позыв на излишнее умничание, и разум, надмеваясь, полезет на учительскую кафедру — сведите его с сей высоты, как самозванца и, посадив на ученическую скамью, скажите: твое дело слушать, a не учительствовать.
Но и слушать надо с разумом, скажет кто-нибудь. Да, с разумом, но с разумом совершенно покорным гласу Божьему, с разумом не исследующим и критическим, а смиренно усваивающим. Ибо, когда Бог говорит, тварь должна внимать, a не мудрствовать. Апостолам шедшим на проповедь поручено было пленить всякий разум в послушание Христово. Они и пленяли; но не мудростью слова, a силой Божьей, сопровождавшей слово их. Мысль против дела бессильна, и все покорялись.
He т? это значит, чтобы разум был совершенно подавляем, но то, чтобы он весь расширялся только на усвоение проповеданного от лица Божьего, не присваивая себе права суда над содержанием сего. Этот суд есть то действие, которое Апостол назвал превозношением, восстающим против познания Божьего (2 Кор. 10:5 ) и которое как тогда было осуждено, так и теперь достойно всякого осуждения.
Пустые вопросы — от чего, для чего — как неуместны, когда получаются предписания от Самого Бога — Владыки всяческих!
Скажите всякий сам себе: спросили ли бы вы Бога: почему и как, — если бы Он Сам лично давал вам заповеди, как жить и как понимать вещи?
Конечно нет.
Стало — когда мы позволяем себе это теперь, сами не понимаем, что, делаем. Ибо учение, преподанное нам, есть то самое, которое непосредственно изошло от Бога, и к нам дошло из уст в уста сотен поколений христиан..
Скажет кто: хочу удостовериться, от Бога ли то учение, которое слышу?
Думаешь, что в разуме — проба истине?! Нет! A вот в чем: то учение от Бога, которое исповедуется всей Церковью. Ибо сама Церковь и в устройстве, и в духе, вся от Бога — и все в ней Божье. Бог научил Апостолов, — Апостолы научили веровавших и передали им всю Божью правду. Принявшие от Апостолов истину передали ее преемникам такой, какой приняли.
Итак узнай, как и что исповедует Святая Церковь и будь уверен, что так исповедать заповедано Богом; и при встрече новых для тебя мыслей не ? том заботься, как выходит это по твоим соображениям, a o том, так ли содержит это Святая Церковь.
Бог не поставил разум источником истины, — не дал ему в руки пробы истины.
Она вне его, в Святой Церкви и именно в общности исповедания; так образом — что всеми всегда всюду было исповедуемо, то истинно. 318 Святых Отцов собрались на собор для утверждения главного христианского догмата.
И что же делали?
Философствовали? Пускались в соображения?
Нисколько. A только расспрашивали взаимно, как и где содержится исповедание ? Господе Спасителе. Когда удостоверились, что все всюду и не слыхивали другого учения ? Спасителе, как то, что Он есть Бог; тогда единодушно утвердили, что тот богоборец, кто учит иначе, и что сия есть вера отеческая, Апостольская и Божественная. Как поступил сей собор, так делали все последующие соборы, так действует до сих пор Святая Церковь и все ищущие истины, при познании и определении всякой истины, рылись и роются не в своих соображениях, a в Богопреданном исповедании Святой Церкви. Вот вам знамя и проба истины!
Как во время войны перепутавшись, для различения своей стороны от чужой, взирают на воздвигнутое знамя, так Бог в Церкви Своей воздвиг знамя истины, чтобы при смешении понятий, всегда почти имеющем место в человечестве, всякий, узрев это знамя, мог с благонадежностью сказать: вот здесь истина, вот чего хочет Бог! Надпись на этом знамени — общность исповедания. A самостоятельность исследования, свое —личное постижение, — было и есть всегда источником ересей и заблуждений.
От чего пали Арий, Македоний, Несторий, и все другие еретики? От того, что при возникших вопросах не туда обратились за решением, куда следовало, обратились не к общности исповедания, a к своим соображениям, к своеличному постижению истины, — запутались и пали.
История хранит эти опыты нам в урок, чтобы не поддавались суетному и гордому позыву на самостоятельность и независимость, a смиренно содержали то, что везде всеми всюду было исповедуемо, — или что то же — что содержится Святой Церковью. Это единственный верный путь к истине.
Вот с какой стороны, братие, надобно нам учредить ограничение над своими представлениями о вопросах вероисповедания! Если сохраним себя так внутри, — то никакое внешнее разномыслие не поколеблет нас. Когда укротим своенравие своего ума, чужое суемудрие ничего не сделает нам. Надобно, однако, при этом не оставлять труда изучать то, что содержится церковью. Беда наша в том, что, узнав истины Святой веры, сколько пришлось во время своего учения в молодых летах, оставляем потом сие святое занятие, как бы уже окончательно знали все. Между тем книги за книгами прочитываются или толки за толками выслушиваются. Голова набивается многими образами и мыслями, которые отодвигают истины веры далеко от сознания, заслоняют их собой, или даже совсем заглушают; так что, когда придется наконец войти в эту область предметов веры, она оказывается землей почти совершенно нам неведомой... В таком состоянии, при всей готовности быть верными началам Святой веры, очень легко увлечься ветром ложных учений, заблудиться и пребывать в заблуждении, думая, что стоим в истине.
Беда не малая!
И сами видите, как отвратить ее. Надо больше читать и слушать Церковные Святоотеческие писания, в которых излагается чистая Божья истина.
Другая беда y нас та, что думаем, будто христианство есть теория, как и все другие теории, есть нечто только мысленное, a не деятельное. Думая так, мы оставляем христианство в одной мысли, не слишком заботясь ? том, чтобы воплотить его в себе и всесторонне ввести в свою жизнь. И выходит, что мысли, противные вере, приходя к нам, встречают и y нас против себя только мысли же. A мысль даже истинная, неподкрепленная делами, a витающая в одной голове, легко уступает преимущество мысли неистинной, представляющейся интересной и ценной с какой-либо другой стороны. Истина, которой следует быть делом, и которая не есть дело в нас практическое, — приемлет некую тень несостоятельности в нас и стоит слабой, беззащитной, бесспорной — и мы легко изменяем ей.
Видите ли теперь в чем беда и разумеете ли, как избежать ее?! Надо делом и жизнью освоиться с христианством, и не как-нибудь поверхностно, a в его существе и во всей его полноте. Ведь христианство все есть дело, — и в нас начинает зреть и достигает совершенства тоже делом.
Чем более переходит оно в дело и жизнь, тем глубже и шире постигается, тем крепче и сердечнее исповедуется. Можно сказать — знает христианство только тот, кто по своим делам христианин. И такого никакая уже ложь одолеть не может. При самом сильном наплыве ложных учений, сердце, делом ощутившее истину, отразит их, какими бы софизмами они ни вооружились. Ибо тогда истина будет в существе нашем, a софизмы в мысли.
Ветер не поколеблет храмины, основанной на камне, как говорит Спаситель (Мат. 7:24 ).
Еще многое можно бы сказать ? том же. Но считаю достаточным и сказанное. Укротите буйность ума, и подчините его Божественному учению, содержимому Церковью, — затем ближе знакомьтесь со Святоотеческими писаниями, — a главное — старайтесь самим делом испытать, что истина есть в Господе нашем Иисусе Христе. Устройтесь так — и врата адовы не одолеют вас.
Бог же и Отец Господа нашего Иисуса Христа да даст вам духа премудрости и откровения в познание Его, — да просветит очи сердца вашего, чтобы вы увидели, каково упование звания Христова и какое богатство славы достояния Его во святых (Ефес. 1:17 ) — да даст Он вам, по богатству славы Своей, силой утвердиться духом Его во внутреннем человеце, вселитися Христу верой в сердца ваша, чтобы, укоренившись в любви, возмогли вы разуметь со всеми Святыми, что широта и долгота, и глубина и высота ведикого дела спасения, Господом устроенного на земле (Ефес. 3:16 ). Аминь.

Вознесение Господне.
Неуклонно идут великие часы времен, отмечая дни и недели промыслительного Божьего домостроительства. Небесные светила, отбывая свою мировую службу — череду, и поведая ? Божьей славе и премудрости, напоминают обитателям земли, что все в мировой жизни непрерывно движется к определенной цели, пока не достигнет своего полного завершения, как оно предназначено в предвечном совете. И благо тем, кто не поддается настолько житейской суете, чтобы вполне забывать об этом непрерывном движении мировой жизни к своей конечной цели. Только памятуя ? нем, можно вполне оценить и самый смысл своей жизни, которая, при всей своей кажущейся незначительности, составляет непременное звено в общем мировом движении и есть драгоценная жемчужина, вверенная каждому из нас на временное хранение. И Святая Церковь своим мудро установленным кругом богослужений постоянно напоминает нам об этом движении времен, когда попеременно возводит нашу мысль к величайшим моментам Божьего домостроительства. Вот непрерывной чредой прошли дни и недели светлой четыредесятницы, установленной в воспоминание тех счастливых сорока дней, которые проведены были апостолами и зарождавшейся общиной нового царства Божия на земле в радостном общении со своим воскресшим Учителем — Христом.
Мы только с трудом можем представить себе, какая духовная радость была испытываема учениками и другими верующими, когда Христос, являясь им при различных условиях и обстоятельствах, беседовал с ними ? тайнах Божьего Царства уже не как прежний страждущий Мессия, над которым витал страшный призрак ужасной смерти, a как Мессия торжествующий, Который Своей смертью победил смерть и силой Своего всемогущества разрушил врата адовы. Мы можем судить об этой духовной радости первенствующей Церкви только по той восторженности, какой проникнуто богослужение Святой Православной Церкви, неумолчно, в течение всей светлой четыредесятницы с восторженным ликованием прославляющей воскресение Христа. Но как все в нашем ограниченном мире, так и эта радостная восторженность должна была закончитъся, потому что человеку, как ограниченному существу, непрерывную радость также невозможно переносить, как и непрерывное горе. Да и в самом домостроительстве Божием наступал новый момент, когда на место восторженного чувства, должны были выступить просвещенный ум и сильная воля, потому что малому сонму учеников Христовых предстояло просветить пребывавший во тьме мир и привести его к источнику света неизреченного (Марк. 16:19;  Лук. 24:50-53;  Деян. 1:3.  9-11 ).
И вот настало время, когда малая паства зарождавшейся церкви должна была расстатъся со своим Пастырем, который согласно со Своим обетованием восходил “к Отцу Своему и Богу нашему.” Разлука в человеческих отношениях, когда они основаны на глубокой любви и беззаветной преданности, всегда грустна, и мы по-человечески не можем предположить, чтобы и ученики Христа не чувствовали этой грусти, когда все показывало, что наступал момент отшествия от них их возлюбленного Учителя.
И Сам Учитель, снисходя к человеческим немощам Своих учеников, которые, не смотря на все пережитые ими великие испытания, все еще оставались немощными рыбаками галилейскими, готовил их к этой разлуке и раскрывал перед ними более чем когда-либо тайну Своего божественного Существа и домостроительства. В одно из своих последних явлений Он раскрыл перед ними тайну Своего всемогущества, как Промыслителя неба и земли, и сообщил им Свое властное завещание. “Дана Мне всякая власть на небе и на земле. Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам” (Мат. 28:18-20).
С благоговейным трепетом выслушали ученики великий завет своего Учителя. Таких слов они еще никогда не слыхали. Прежде они слышали от учителя, что “все предано Ему Отцом Его,” но они понимали эти слова в смысле власти Его на земле, которая и проявлялась в знамениях и чудесах, служивших к облегчению земных страданий и бедствий людей, и имела, по их понятию, проявиться в восстановлении царства Израиля. Теперь же они услышали, что власть их Учителя простирается и на небо, и им многое стало ясно из того, что говорил им и чему учил их Учитель в прежнее время, но что они смутно понимали, часто давая совершенно противоположное толкование. Но повеление “идти, научить все народы” не могло не повергнуть их опять в смущение. Ведь Учитель все время проповедывал Свое учение только одному народу и даже заявлял, что Он послан только к погибшим овцам дома Израилева, a теперь повелевает им идти по всему миру, проповедывать всем народам...
Кто они такие, они — бедные рыбаки, чтобы им идти по всему миру, когда они едва имеют смутное понятие ? существовании каких-то других народов и когда все географическое их знание ограничивается неясным представлением ? пределах своей родной страны, за которыми идет неведомый, страшный для воображения, мир звероподобных “языков?” Им никогда и в голову не приходила мысль, что им придется идти учить все народы. Они и в своей-то родной стране, и на своем родном языке с трудом передавали учение своего Учителя, постоянно обращаясь к Его помощи за разъяснением, — a теперь как они пойдут проповедывать по всему миру, всем народам, и притом одни, без Учителя, который оставляет их навеки?
Любвеобильный Учитель, видя смущение Своих учеников, сказал им великое ободряющее слово: “Ce, Я с вами во все дни до скончания века” (Мат. 28:20). И радовались ученики утешительному слову, и новый прилив мужества почувствовали они в своем сердце. Умственный кругозор рыбаков расширялся. Перед ними открывалась перспектива всего тогдашнего мира. Перед ними в заморской синеве выступала утопавшая в обоготворении природы и упоенная чарами прекрасного Греция; перед ними открылся железный Рим с его мировым владычеством, маститый Египет с его все еще гордыми своей мудростью жрецами и вековечными пирамидами, — и бедные рыбаки уже не смущались идти учить народы этих просвещеннных стран древнего мира. С Ним, со своим Учителем, они пойдут “по всему миру.” И действительно впоследствии, получив обетованного Утешителя Духа, они, как орлы крылатые, по выражению церковной песни, облетели весь мир, и изумленные неотразимой силой их проповеди народы преклонялись перед знамением креста...
Но вот настало и последнее свидание. Оно назначено было в самом Иерусалиме, — этом городе борьбы и страданий, городе, где совершились величайшие дела и открыты были величайшие истины, которых однако он в своем раввинском ослеплении не познал и историю своих преступных деяний завершил ужаснейшим попранием всякой правды — распятием пришедшего в него Мессии. Нет такого закоренелого преступника, который, совершив ужасное преступление, не чувствовал бы хотя временно страшных укоров возмущенной совести. Но шумный, многолюдный город, привыкший избивать пророков, как будто не чувствовал ни малейших движений совести и всецело погружен был в суету обыденной жизни. Он вполне успокоился на лживой вести, распространенной за преступные деньги воинами, что Иисус Назарянин мертвый украден своими учениками из гроба, и только начальники его со своей преступной совестью робко озирались по сторонам, прислушиваясь к народной молве и стараясь подавлять в ней проблески истины и запутывая ее все новыми и новыми измышлениями.
Среди этогото мутного круговорота городской суеты, в одной скромной горнице, составлявшей как бы ячейку нового царства благодати, и происходила последняя прощальная беседа Христа с учениками. Понятно содержание подобных бесед. В них излагается суть всего учения, учитель влагает свою душу в душу своих учеников, на которых вся его надежда, что учение его не умрет, a будет жить в его живых преемниках. Божественный Учитель сделал краткий обзор всего Своего прежнего учения.
“Вот то, ? чем Я вам говорил, еще быв с вами,” напоминал Он Своим ученикам, и затем воспроизвел перед ними идущие непрерывной цепью ветхозаветные пророчества ? Нем, то, что написано ? Нем “в законе Моисеевом и в пророках и псалмах” (Лук. 24:44). Многое здесь для учеников было еще непонятно, поэтому Учитель “отверз им ум к уразумению Писаний. И сказал им: так написано, и так надлежало пострадать Христу, и воскреснуть из мертвых в третий день, и проповедану быть во имя Его покаянию и прощению грехов во всех народах, начиная с Иерусалима. Вы же свидетели сему. И Я пошлю обетование Отца Моего на вас” (Лук. 24:45-49).
Слушали ученики божественную речь и грусть разлуки покрывалась радостью ? просветлении ума, перед которым все шире открывалась таинственная область Божьего домостроительства, и радостъю ? том обетовании, которое дает им Учитель.
Между тем приблизился самый час разлуки. Учитель вывел учеников из города по направлению к Вифании, на Елеонскую гopy. He достоин был кровожадный, беззаконный город быть свидетелем великого события. Выйдя из города через одни из восточных ворот и перейдя Кедронский поток, в это время обыкновенно представляющий лишь сухое ложе, они поднялись на гору, где и остановились, вдали от окружающего грешного мира, среди тишины развесистых маслин, под тенью которых столько раз Спаситель мира молился Своему Отцу небесному и Своими святыми слезами хотел смыть с преступного человечества вековое клеймо греха и проклятия. С горы открывался величественный вид на город и на всю окружающую местность, где все напоминало ? великих делах, страшных страданиях и славном торжестве над ними. Мы можем только гадательно проникать в священную тайну непостижимых дум Богочеловека, когда Он в последний раз Своим человеческим оком озирал эту знаменательную картину. Взор Его был величествен и блистал славой Божества. Это уже не был взор той неудержимой скорби, которая два месяца тому назад на этом самом месте заставила горько рыдать Спасителя мира ? тяготеющем над злополучным городом и всем человечеством иге греха и проклятья. Нет, это был взор Царя — Победителя, озирающего поле своего торжества и своей победы.
И ученики, пораженные этой необычной царственностью своего Учителя, невольно спросили Его: “не в сие ли время, Господи, восстановляешь Ты царство Израилю?” (Деян. 1:6). Но этот вопрос лишь вновь показал, как еще мало они понимали цель служения и дела Христова. До сих пор они все еще были более сынами царства Израилева, чем сынами царства Христова, и в вопросе их звучало желание поскорее увидеть торжество земного Израиля над всеми его врагами, и прежде всего конечно над ненавистным римским орлом, представитель которого нес на себе вину преступного участия в убийстве ныне воскресшего Мессии. Они еще не понимали, что царство Христово — не от мира сего, и несмотря на это в нем есть такая внутренняя духовная сила, перед которой должен был преклониться мир и носителями которой и должны были выступить они сами, — эти безвестные рыбаки с озера Галилейского.
Поэтому нужно было пресечь их земные мечты, и Христос, прерванный этим вопросом в Своих божественных думах, строго сказал им: “не ваше дело знать времена или сроки, которые Отец положил в Своей власти, но вы примете силу, когда сойдет на вас Дух Святый; и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли” (Деян. 1:7-8). Этого было довольно для них. Они покончили с царством Израилевым и готовы были всецело посвятить себя на служение всемирному Христову царству, которое должно было обнять все человечество в единое братство. Повторив им обетование Святого Духа, Который даст им силу на совершение предстоявшего им великого подвига — возрождения мира и научит их всему, Спаситель, скрестив руки, благословил их, и когда благословлял, стал отдаляться от них и возноситься на небо. Благоговейный трепет охватил учеников, которые теперь воочию видели, что Учитель их уже не принадлежит больше грешной земле, a восшел к Отцу Своему небесному, чтобы сесть одесную Его, где был искони.
И когда светлое облако, как небесная колесница, возносило Его все выше и выше от апостолов, которые со смешанным чувством грусти по разлуке со своим возлюбленным Учителем, и вместе с тем радости ? торжестве Его, не могли отнять своих очей от удалявшегося облака, им предстали два в светлой одежде ангела, которые и возвестили им, что “сей Иисус, вознесшийся от вас на небо, придет таким же образом, как вы видели Его восходящим на небо” (Деян. 1:11). Благоговейно поклонились апостолы Вознесшемуся и, преисполненные глубочайшей радости ? славе своего Господа, возвратились в Иерусалим.
Да, велика тайна благочестия! Превечное Слово, от Которого все получило свое бытие и в ладони Которого содержатся все мириады миров, вместилось в бренное человеческое тело и подверглось всем ужасам земной бедственности, чтобы искупить падшее человечество и возвести его опять на высоту потерянного им достоинства. И вот теперь наша прославленная плоть в лице Вознесшегося Христа седит одесную Отца — на престоле Божества. Человек, этот червь земли, увенчан славой превыше ангелов. Вот до какой неизреченной высоты может поднятъся человеческое естество, когда оно становится свободным от греха и восстановляется в своем первозданном состоянии. Вот тот бесконечный предел совершенства, которого заповедано достигать нам и который достижим для нас. A ты, земля, ничтожная песчинка в необъятном круге вселенной, неумолкая воздавай хвалу своему Творцу, который возлюбил тебя паче всех мириад величественных солнц и звезд!
Он снизошел до вочеловечивания, чтобы всех горечей вкусить всех горечей твоего бытия, возлежал в убогих яслях мрачной пещеры, терпел голод и жажду, проливал слезы от терзаний душевной тоски, испытал все ужасы страшной и позорной казни, испил горькую чашу смерти, — и все это для того, чтобы изъять эту песчинку из-под ига греха и проклятия и сделать ее престолом для Божьего царства. Готовься же принять вновь имеющего придти Спасителя мира и будь чертогом, достойным божественного Жениха!

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Неделю Святых Отцов.
Арсений, митроп. Киевский. Сочинения (73 г.), т. I, стр. 226-234.
Евсевий, арх. Могилевский. Бес. на воскр. и праздн. еванг. (63 г.), т. I, 202-218.
Его же. Бес. на воскр. и праздн. чтения из апостола (67 г.), ч . I, 125-140.
Димитрий, арх. Херсонский. Полное собр. проповедей (90 г.). т. III, 78-91.
Леонтий, арх. Варшавский. Слова, поучения и речи (76 г.), т. I, 85.
Палладий, арх. Рязанский. Слова и речи (81 г.), 96.
Сергий, арх. Владимирский. Годичный круг слов (98 г.), 27-30.
Феофан, еп. Слова к Тамбовской пастве (61 г.), 174178.
Евлампий, арх. Тобольский. Святая Пятидесятница (58 г.), 381-395.
Виссарион, еп. Костромской. Поучения (99 г.), 111-115.
Бажанов В., протопр. Слова и речи (58 г.), 123-135.
Сергиев И., прот. Полное собр. сочинений (94 г.), т. II, 249-272.
Белоцветов А. Круг поучений (94 г.), 54.
Долинский И., свящ. Краткие поучения (94 г.), 204-208.
Красовский П. Поучения для простого народа (70 г.), 116-121.
Дьяченко Г. Ежедневные поучения (97 г.), 73-85.
Лядский ?., свящ. Поучения (70 г.), 135.

 
 
Неделя Святой Троицы.
I. Евангельское чтение.
Зачало (27): Евангелие от Святого Апостола Иоанна 7:37-52, 8:12.
37 В последний же великий день праздника стоял Иисус и возгласил, говоря: кто жаждет, иди ко Мне и пей.
38 Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой.
39 Сие сказал Он о Духе, Которого имели принять верующие в Него: ибо еще не было на них Духа Святаго, потому что Иисус еще не был прославлен.
40 Многие из народа, услышав сии слова, говорили: Он точно пророк.
41 Другие говорили: это Христос. А иные говорили: разве из Галилеи Христос придет?
42 Не сказано ли в Писании, что Христос придет от семени Давидова и из Вифлеема, из того места, откуда был Давид?
43 Итак произошла о Нем распря в народе.
44 Некоторые из них хотели схватить Его; но никто не наложил на Него рук.
45 Итак служители возвратились к первосвященникам и фарисеям, и сии сказали им: для чего вы не привели Его?
46 Служители отвечали: никогда человек не говорил так, как Этот Человек.
47 Фарисеи сказали им: неужели и вы прельстились?
48 Уверовал ли в Него кто из начальников, или из фарисеев?
49 Но этот народ невежда в законе, проклят он.
50 Никодим, приходивший к Нему ночью, будучи один из них, говорит им:
51 судит ли закон наш человека, если прежде не выслушают его и не узнают, что он делает?
52 На это сказали ему: и ты не из Галилеи ли? рассмотри и увидишь, что из Галилеи не приходит пророк.



12 Опять говорил Иисус к народу и сказал им: Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни.

Практический очерк содержания рядового чтения.
Из беседы Иисуса Христа по случаю еврейского праздника кущей, предлагаемой в нынешнем евангелии, мы усматриваем, что Иисус Христос удовлетворяет духовной жажде человека и что реки воды живой исходят от того, кто исполняется Его Святого Духа.
1. Иисус Христос удовлетворяет духовной жажде человека (ст. 37).
а) Он предполагает ее y всех людей [“кто жаждет” (ст. 37)], и она всегда возникает там, где сколько-нибудь чувствуется тяжесть греха, и увеличивается более и более, по мере сознания собственного беcсилия и немощи.
б) Он удовлетворяет этой духовной жажде и
а. только Он ?дин (да приидет ко Мне), поскольку мы не можем найти душевного мира в мире: ни в его земных преимуществах и богатстве, ни в мирской чести и славе, ни в радостях и удовольствиях; но только y одного Примирителя нашего с Богом. Для каждой духовной жажды, возникающей в человеке, есть y Бога истинное удовлетворение; и, таким образом, всегда и для всех — в Господе нашем Иисусе Христе, едином Ходатае между Богом и людьми.
b. Удовлетворяет всецело (“и пей”). Совершенное насыщение во Христе, посредством Его Святого Духа, проникает всего человека, устремляет его к Богу и освещает его ум, волю и чувства. Так бывает с нами, когда мы приходим во внутреннейшее; живейшее общение со Христом, посредством искренней веры и святой жизни.
2. Кто исполняется так Его Святым Духом, от того исходят реки воды живой — (ст. 38-39).
а) Дух Святой есть живая вода для всей Церкви и для каждого человека в частности.
б) Она обильно излилась только после прославления Господа нашего Иисуса Христа; от её живоносных источников пили также и в ветхом завете, но в ограниченной мере (так нужно понимать слова: “ибо еще не было на них Духа Святаго, потому что Иисус еще не был прославлен”); после же прославления Спасителя она сделалась общим достоянием всех верующих в Heгo.
в) Кто исполняется дарами Духа Святого, тот не только утоляет вполне свою духовную жажду, но, подобно живоносной реке, способен и других напоить своим учением и примером, a это обнаруживается во всей жизни истинного христианина: в мыслях, которые постоянно направляются во славу Божию и во благо ближних, в словах, которые назидают слышащих, утешают печальных, исправляют заблудших, в делах любви и милосердии к ближним.
Частные темы, предлагаемые проповеднику дневным евангелием, могут быть следующие:
Ст. 37. — Значение воззвания Спасителя: “кто жаждет” и проч., и обетование, соединенное с этим воззванием.
Ст. 38. — Реки воды живой, исходящие от истинного христианина.
Ст. 39. — О духе мира сего и духе, иже от Бога (ср. 1 Кор. 2:12 ).
Ст. 4142. — Почему некоторые не веруют в Иисуса Христа и соблазняются ? Нем?
Ст. 43. — Одностороннее понимание божественных писаний.
Ст. 4445. — Где неверие не успеет достигнуть своих целей путем убеждения, там оно употребляет насилие.
Ст. 46. — Истина всегда привлекательно действует на простые, непредубежденные сердца.
Ст. 48. — О предраcсудках, соединенных с земными преимуществами.
Ст. 50-51. — Об обязанности защищать словом и делом невинно-гонимых.
Ст. 52. — Мнимые основания людей, оправдывающих свои преступные действия.
8 гл. 12 ст. — Иисус Христос — свет мира.
Представим несколько тем на свободные тексты, применительно к празднику Пятидесятницы.

Тема I.
“Мы приняли не духа мира сего, а Духа от Бога” (1 Кор. 2:12).
Сегодня праздник сошествия Святого Духа на апостолов.
Все мы приняли Святого Духа в таинстве крещения и запечатлены Его дарами в таинстве миропомазания: но сохранили ли то, что приняли?
Каким духом водимся мы теперь: “духом мира сего, или Духом от Бога?”
Чтобы узнать это, рассмотрим:

Какой дух мира сего, и какой Дух от Бога.
1. Дух мира.
а) Под духом мира сего разумеется образ мыслей, наклонностей и происходящих отсюда действий и стремлений, которые находятся y плотского или греховного человека (1 Кор. 2:14 ), и которые суть проявление духа, действующего в сынах противления и неверия.
Плотским человеком называется тот, для которого чувственные и временные блага составляют высочайшую и последнюю цель.
Во внешних поступках и действиях человека выражаются его внутренние наклонности; этито наклонности, когда мир с его благами делается для человека предметом главным, и называются духом мира.
б) Этот дух, в том или другом виде, всегда господствует y каждого человека, пока он находится в состоянии нераскаяния и рабства греху.
Любовь к миру есть часть греховной порчи, обуявшей сердце.
Эта любовь овладевает каждым нераскаянным грешником, в виде похоти плоти, похоти глаз или гордости житейской (1 Иоан. 2:16 ).
в) Этот дух познается по холодности и равнодушию, если не открытой вражде к Иисусу Христу и Его слову; по непрестанному беспокойству и тайному страху (Исаии 48:22 ); по состоянию рабства, в котором он всегда находится под властью князя мира сего (2 Тим. 2:26 ).
2. Дух от Бога.
а) Под духом, иже от Бога, разумеется образ мыслей и наклонностей, a также происходящих отсюда действий и стремлений, которые находятся y человека духовного или покаявшегося, и которые суть плоды Святого Духа, живущего в нем (1 Кор. 3:16 ).
б) Этот Дух, не смотря на все искушения и соблазны мира, владычествует в верующих душах (Рим. 8:9 ).
в) Этот Дух познается: по любви к Иисусу Христу, обнаруживающейся в соблюдении Его слова и исполнении Его заповедей (Иоан. 14:23 ); по преуспеванию в духовной мудрости и разуме (1 Кор. 2:15 ); по непрестанному душевному миру и радости; по победе над миром и князем мира сего.
Заключение. Смотрите теперь сами, слушатели, какой дух живет в вас?
Если вы еще не оставили места в сердце для Духа Божьего, то в вас несомненно господствует дух мира сего.
Вы спрашиваете: как нам принять Духа, иже от Бога? Будьте верными последователями Христовыми и Его Дух прийдет и вселится в вас.

Тема II.
“Мы даже и не слыхали, есть ли Дух Святый” (Деян. 19:2).
Некогда апостол Павел, проходя с евангельской проповедью, нашел в Ефесе людей, которые называли себя учениками Христовыми, a благодати Святого Духа не имели. На вопрос к ним: “приняли ли вы Святаго Духа, уверовав?” эти полухристиане отвечали: “мы даже и не слыхали, есть ли Дух Святый.”
Мы все с самой купели крещения омылись, освятились и оправдались Духом Бога нашего (1 Кор. 6:11 ). Каждый из нас не только часто слышит ? Святом Духе, но и сам неоднократно взывал к Нему с церковью: “прииди и вселися в ны!” Но что если бы какой-нибудь муж апостольский стал теперь среди нас и спросил: вы, кои празднуете в честь Святого Духа — “приняли ли вы Святаго Духа, уверовав?”
Что сказали бы мы на подобный вопрос? Оскудение Духа между христианами сделалось столь всеобщим, что перестало считаться недостатком. A между тем —

Без Святого Духа невозможно быть истинным христианином.
1. В этом несомненно удостоверяет нас слово Божье.
а) Еще ветхозаветные пророки и возвещали, что по пришествии Христовом Бог даст людям новый закон, написанный не на скрижалях, a на сердцах, и что для достижения сей цели будет излита благодать святого Духа на всякую плоть (Иол. 2:28). Последний великий пророк Ветхого Завета Иоанн Креститель в том и полагал разность своего крещения от Христова, что последним будет сообщаться Дух Святой, как необходимый дар нового высшего завета (Лук. 3:16 ).
б) Сам Спаситель всегда говорил ? благодати Святого Духа с особенной силой, как ? даре, необходимом для своих последователей. Так, Никодиму Он прямо сказал, что для входа в царствие небесное нужно родиться свыше от Духа (Иоан. 3:3 ).
В ныне чтенном евангелии, проповедуя иудеям во время великого праздника и приглашая их пить воду живую, текущую в жизнь вечную, Спаситель опять разумел под сей водой не другое что, как Духа Святого. “Сие сказал,” заключает евангелист, “о Духе, Которого имели принять верующие” (Иоан. 7:39). Беседуя с учениками ? необходимости для Его последователей вкушения тела и крови Его, он в то же время засвидетельствовал, что и это пренебесное вкушение не может быть действительно, если не будет совершаться в Духе: “Дух животворит; плоть не пользует нимало. Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь” (Иоан. 6:63). Посему, разлучаясь со скорбящими учениками перед своей смертью, Спаситель не нашел ничего лучшего сказать в утешение их, как то, что к ним, вместо Heгo, приидет Дух Святый: “лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам” (Иоан. 16:7). Наконец, возносясь на небо, Он заповедал им более всего ожидать пришествия обетованного Утешителя и не прежде исходить на всемирную проповедь, как облекшись Его силой (Деян. 1:4 ). Так много Спаситель говорил ? Духе.
в) To же самое проповедывали ? необходимости Святого Духа и апостолы, когда сделались органами Духа и опытом осознали Его необходимость. Духу святому присущи все дары, необходимые для христианина. От Духа происходит начало жизни во Христе и новое рождение в жизнь вечную. От Духа повелевается ожидать всякого духовного преуспевания и совершенства. Святой Дух представляется и Учителем, наставляющим на всякую истину, и Утешителем, утешающим во всякой скорби, и Споручником вечных обетований и благ грядущей жизни.
Вся сущность деятельного христианства состоит, по Священному Писанию, в рождении от Духа, в исполнении себя Духом, в хождении, по Духу, в возгревании в себе и других Духа. “Если же кто Духа Христова не имеет, тот и не Его” (Рим. 8:9), тот и не христианин.
2. В этом мы убеждаемся из собственного опыта.
а) Сущность истинного деятельного христианства состоит не в обширных и глубоких познаниях, не в силе и стремительности добрых, но преходящих чувств, не в поверхностном исправлении своего поведения, не в отвержении некоторых пороков, нетерпимых даже миром, — но в совершенном искоренении греха и плоти, в обновлении всех сил духа и сердца. Кто же может совершить все это сам собой, без содействия Духа Божия?
Христианин обязан распять плоть свою с её страстями и похотями: кто же вознесет плоть его на крест, если не будет Божьего Духа?
Христианин обязан быть в постоянном единении с Христом, как ветвь с лозой: какой же земной виноградарь может привить нас к этой божественной лозе, без Божьего Духа?
Христианин обязан вести брань не с одной плотью и кровью, но и с духом злобы: хватит ли в этой борьбе наших собственных сил? Убоится ли гордый денница нашей мудрости, нашего мужества и постоянства, если все это не будет облечено силой Божьего Духа?
Вообще христианин должен быть новой тварью, созданной во Христе на дела благие: возможно ли, чтобы тварь сотворила сама себя? Духом Божьим мы созданы. Им одним и возсозидаемся. Где нет Духа, там нет и духовной жизни, точно так же, как где нет совершенно воздуха, там нет и жизни телесной. Te из христиан, которые желают быть добродетельными и не стараются ? стяжании благодати Святого Духа, находятся в величайшем заблуждении. Они сеют на камне, пишут на воде, хотят летать без крыльев, дышать без воздуха.
б) Конечно, и естественный ум может испускать из себя лучи света и производить вокруг себя радужное сияние мыслей: но этот свет не имеет теплоты, необходимой для взращивания благих дел.
Можно и из естественного сердца выжимать по временам капли добрых чувств; но все эти капли, как бы ни казались они обильны, никогда не произведут в своем слиянии живой воды, могущей утолить жажду души, и большей частью испарятся праздно в воздухе, не умягчая строптивого нрава, не оживляя зачерствелой совести.
Можно, наконец, все поведение свое испестрить похвальными поступками, все слова свои растворить светской добротой, и прослыть человеком благородных правил; но совершенно невозможно без благодати Святого Духа переменить свое злое, по естеству сердце, обновить свой падший дух, отвергнуться навсегда самолюбия. Это — дело одной всесильной благодати Духа Святого.

Тема III.
“Если же кто Духа Христова не имеет, тот и не Его” (Рим. 8:9). Все мы почти вместе с жизнью приняли Божьего Духа. Когда Божий служитель погружал нас в купели крещения; тогда мы, пo уверению слова Божьего, “омылись, освятилиcь и оправдались Духом Бога нашего” (1 Кор. 6:11 ). С этого блаженного времени Дух Божий живет в нас, как залог нашего оправдания, как руководитель к вечному блаженству.
Но сохраняем ли мы драгоценный залог Духа Святого, “живущего в нас” (2 Тит. 1:6)?
Вопрос этот всегда должен быть важен для христианина, но особенно он должен занимать нас в настоящий день, посвященный прославлению Духа Божия; с разрешением его каждый из нас может узнать, достойно ли он носит имя христианина, потому что кто “Духа Христова не имать, сей несть Его.” При свете слова Божия раcсмотрим:

В чем главным образом обнаруживается присутствие Духа Божьего в сердце верующего.
1. Первый плод присутствия в человеке Духа Божия есть истинное просвещение.
Дух Святой, как Дух истины, просвещает ум верующего: “наставит вас на всякую истину” (Иоан. 16:13).
а) Так было с апостолами. До принятия Святого Духа они были слабы и медленны умом. Высокое учение Спасителя большей частью не вмещалось в их понятиях; величественные обетования Его не приносили им утешения: самые простые притчи приводили их в недоумение.
Но едва только сошел на них Дух истины, в них исчезли все предрассудки, наполнявшие их ум; в Его свете они узрели все в настоящем виде, увидели, что надлежало совершить их Учителю и что остается сделать им. Тайна искупления раскрылась перед ними во всей полноте и величии; они не требовали, чтобы кто-то учил их, но сами стали учителями всего рода человеческого.
б) Так бывает и со всяким, рожденным от Духа (Иоан. 3:8 ). Он не имеет той апостольской непогрешимости ума, чтобы его слова и писания могли служить непреложным правилом веры и деятельности для других, — “все ли Апостолы?” (1 Кор. 12:29). В нем нет дара проникать во все тайны Промысла, ибо не “все пророки.” Он может быть не способен преподавать наставления другим, ибо “все ли учители;” даже может быть не в состоянии изъяснить того, что Дух Святой совершает в его сердце, ибо “все ли истолкователи?” (1 Кор. 12:30).
Но он бывает просвещен истинным просвещением. Никто живее его не ощущает присносущной силы божественного Промысла, поддерживающего мир и бытие каждой твари, — Его любвеобильной благости, которая не хочет погибели самого презренного творения и ожидает обращения самого ожесточенного грешника, — Его неисследимой мудрости, которая из величайшего зла умеет извлекать величайшее благо.
Никто вернее его не видит бедности естества человеческого, как грех путем рождения переходит от Адама на всех потомков его, как в сердце человека по естеству “не живет … доброе” (Рим. 7:18), как “похоть же, зачав, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть” (Иак. 1:15).
Никто полнее его не разумеет всей важности дела искупления, совершенного Богочеловеком; никто более его не убежден в благотворности евангельского учения, в будущем блаженстве праведных и будущей погибели нераскаянных грешников.
2. Присутствие Божьего Духа в человеке обнаруживается в очищении сердца от греховной скверны.
Дух Святой, как Дух святости, очищает сердце от скверны грехов: “будете крещены Духом Святым” (Деян. 1:5).
а) Так было с апостолами. До сошествия на них Духа Божьего они были людьми, хотя и расположенными к добру, но плотскими, ум и сердце которых исполнены были мечтами ? земном царстве Мессии. Каждый из них желал господствовать над другими, искал земной славы. Но огненное крещение Духа Божьего совершенно переродило их. В сердце и на языке их не осталось ничего нечистого. Они не помышляют более ? земных престолах и венцах; проповедуют одну веру и покаяние.
б) Так бывает и со всяким, рожденным от Духа. Дух Святой сообщает новое, духовное направление всем силам и способностям человека. Насколько грех казался для него прежде прелестен, настолько теперь делается отвратителен. Он ощущает в себе некую святую необходимость удаляться от него и любить добродетель. Прежде самые духовные занятия омрачены были нечистотой плотских побуждений: теперь самые обыкновенные дела перестают быть плотскими, ибо Дух Святой учит совершать их во славу Божью. Конечно, и ходяшие по духу иногда падают, обремененные плотью — но слезы покаяния вскоре делают еще светлее то место, которое очернено грехом. И они иногда упускают случаи к совершению добра — но упущение это, при содействии благодати, само обращается в обильнейший источник благих мыслей и чувств.
3. Присутствие Духа Божьего в человеке обнаруживается в духовной крепости и силе. Дух Святой, как Дух силы, одушевляет к преодолению всех препятствий и трудностей на пути к добродетели: “облечетесь силою свыше” (Лук. 24:49). Добродетель сама по себе предполагает победу духа над плотью. Но как трудна эта победа в человеке поврежденном, в сердце которого по естеству не живет доброе. В этой борьбе, по выражению одного Святого Отца, младенец должен сражаться с исполином, агнец должен победить тигра, капля — угасить целую печь. Кто же подкрепит человека в столь неравной борьбе с грехом, кроме Духа Освятителя.
а) Под всемощным осенением Духа Божия не изнеможет никакая благая мысль, никакое святое желание. Человек плотской бывает слаб от того, что он рассеян, ограничивает все свои надежды и попечения одной настоящей, непостоянной жизнью, стремится к обладанию того, что никогда не должно принадлежать ему. Дух Святой уничтожает все эти источники духовного бессилия, сосредотачивая всю деятельность человека в одном начале любви к Богу и ближним, обращая его к снисканию того, что ему именно предназначено и для чего он сотворен, устремляя взор его в вечность, недоступную никакому земному могуществу.
б) Каких опытов мужества и твердости не оказали апостолы, когда облеклись силой свыше? С непреодолимой неустрашимостью они возвещали божество распятого Иисуса в слух тех самых первосвященников, которые вознесли Его на крест. Их ничто не могло отлучить от возлюбленного их Учителя: “ни смерть, ни жизнь, … ни настоящее, ни будущее” (Рим. 8:38). Между тем, что прежде не отлучало? Самый ревностный из них отвергся Его трижды из опасения быть узнанным.
4. Присутствие Духа Божьего в человеке обнаруживается в обильном, духовном утешении. Дух Святой есть поистине Дух Утешитель (Иоан. 15:26 ). Люди, преданные миру, обыкновенно смотрят с некоторым сожалением на тех, кто, вняв гласу благодати, удаляются от забав и развлечений, и считают их людьми жалкими, которые сами для себя изобретают мучения. Между тем все мирские удовольствия не могут сравниться с той радостью и миром, которыми Дух Святой исполняет сердце верующего.
а) Какая мысль отраднее той, что избавились мучений совести, свергли с себя тяжкое иго страстей, познали сладость добродетели? Но эта отрадная мысль есть постоянный удел людей, ходящих по Духу. Какое чувство утешительнее того, что мы Божьи чада и наследники Христу, что Отец небесный радуется со всеми своими ангелами ? нашем обращении, что Он невидимо благословляет все наши начинания, уготовляет венцы за все подвиги наши? И это чувство не может не быть в сердце, в котором обитает Святой Дух.
“Удостоившиеся быть чадами Божьими и родившиеся от Святого Духа — говорит один из великих подвижников (святой Макарий египетский), — различным образом управляются от Него. Иногда, как бы находясь на царской вечери, они радуются и веселятся неизреченной радостью; в другое время они подобны невесте, веселящейся ? своем женихе; иногда они, быв в теле, бывают, как ангелы, бестелесны; иногда воспламеняются такой радостью и любовью, что, если бы возможно было, они желали бы принять всякого в свою душу, не рассуждая благ ли он или зол; иногда являются подобными мужу, облеченному во всеоружие царское и вышедшему на брань; иногда в великом безмолвии и тишине духа успокаиваются, погружаясь в духовной сладости. Такие действия бывают в тех людях, которые уже близки к совершенству; впрочем, всякий может испытать, чем он питается, где живет и y кого пребывает, кто дает сердцу его пищу — Дух Божий или дух мира?”
б) Испытаем и мы себя: кто пребывает в нас: Дух Божий или дух мира? И, во-первых, в каком состоянии находится наш ум? He ослеплен ли он гордостью до того, что почитает себя в праве предписывать законы для самой Божьей премудрости? Вышли ли мы из естественного неведения о самих себе, ? нашем предназначении и средствах к достижению его, ? врагах, с которыми нам нужно сражаться, и ? венцах, на которые должно равняться? Живо ли представляем суету мирских благ, — глубину нашего повреждения, всю немощь естества нашего, проданного под грех? Преобразовано ли Духом Святым наше сердце? Что служит основанием нашей деятельности: любовь ли к Богу, или любовь к миру? Где образец, с коим стараемся сообразовать жизнь свою: в Евангелии, или на распутиях мира? Как исполняем наши обязанности, так ли, как “как рабы Христовы,” или как “человекоугодники” (Ефес. 6:6 )? Облечены ли силой свыше, укрепляющей нашу волю? Можем ли без ропота снести, если бы Господу угодно было испытать нашу веру напастями века сего — нищетой, болезнями и другими бедствиями? Готовы ли защищать истину с тем мужеством, какое отличало первых провозвестников Евангелия и т.д. Блаженны те из христиан, которые могут на все эти вопросы отвечать положительно. К таковым должен быть обращен только следующий совет апостола: “Духа не угашайте!” (1 Фесс. 5:19). Ho гope тем душам, кототорые не имеют благодатного общения с Духом Божиим. Ko всем таковым взывает апостол: “исполняйтесь Духом!”

Тема IV.
“Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога и Отца, и причастие Святого Духа будет со всеми вами” (ср. 2 Кор. 1:2 ).
Часто слышим мы эти слова из уст служителя Божьего, — каждый раз, когда присутствуем при совершении литургии. Но особенно прилично напомнить об этих словах христианам в настоящий день, поcвященный прославлению Святой Троицы. Ныне по преимуществу открылась благодать Господа нашего Иисуса Христа и любовь Бога и Отца, и причастие Святого Духа.

Что мы должны делать со своей стороны в отношении любви Бога Отца, благодати Сына и общения Святого Духа?
1. На любовь Бога Отца мы должны отвечать взаимной любовью.
а) Бог даровал нам неисчислимо великие благодеяния в творении и явил к нам бесконечную любовь. Сами наказания, которыми Он угрожает и наказывает нас, суть великие благодеяния, так как они опять обращают наше сердце к небесному Отцу. Но особенно великую любовь Бог явил в искуплении, в послании Сына своего. “Любовь Божия к нам открылась в том, что Бог послал в мир Единородного Сына Своего” (1 Иоан. 4:9).
“Смотрите, какую любовь дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божиими” (1 Иоан. 3:1).
Как велика любовь, предающая Сына для искупления раба!
б) На любовь Отца мы должны отвечать взаимной любовью. Он есть не только высочайшее и любви достойнейшее благо, но и всеблагой Отец. Отдадим Ему наше сердце — в молитве, послушании, благодарении, терпении, преданности и т.д. Это будет нашей взаимной любовью.
2. Мы должны верно содействовать благодати, приобретенной нам Иисусом Христом.
а) Иисус Христос своим послушанием снова приобрел нам Божью любовь и снова доставил нам усыновление Божье: это — благодать. Он опять примирил нас с Богом и своими страданиями загладил нашу вину: это — благодать. Он опять низвел на нас силу благодати с неба. Он заключил благодать и божественную помощь в своих святых таинствах.
б) Такой благодати мы должны содействовать. Божья благодать и наше собственное стремление в состоянии совершить всякое добро. Благодать помогает и поддерживает: почему же мы не содействуем ей?! Мы должны охранять приобретенное нам Божье усыновление, посредством веры и покаяния изглаживать наши грехи, усердно принимать святые таинства и постоянно делать то, к чему побуждает нас особенная благодатная сила каждого отдельного таинства.
3. Мы должны непрестанно поддерживать в нас общение Святого Духа.
а) Мы одарены разумом, но близоруким. Дух Святой приходит и научает нас, убеждает нас, напоминает нам ? христианских истинах. “Просвещенный Духом Святым возвышается над людьми; он видит, чего прежде не знал.”  Если мы принимаем эти научения, убеждения, напоминания, молим ? них и живем по ним: то мы поддерживаем общение Святого Духа с одной стороны.
б) Мы обладаем сердцем, но часто холодным и безжалостным. Дух Святой хочет его согреть, воспламенить, настроить к любви Бога и ближнего. “Дух Святый дан для любви.”  Если мы позволяем себе согреваться и воспламеняться, то мы поддерживаем общение Святого Духа с другой стороны.
в) Мы имеем волю, но слабую. Святой Дух хочет побуждать нас к добру, укрепить и сделать постоянными в нем. Дух Святой дает нам силу жизни, как что-то, что по природе кажется невозможно, становится не только возможным, но и легким. “Если в вас иной раз возбуждается благая мысль, то это Дух Святой вселяет ее в вас.”
Когда мы внимаем этим внушениям, ободряемся, настраиваемся к добру, тогда мы поддерживаем общение Святого Духа с третьей стороны.

Тема V.
“Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.”
Этими словами пастыри церкви обыкновенно начинают свои поучения, — a в нынешний день эти слова могут составить сам предмет для поучения; ибо ныне празднуем мы в честь и славу Пресвятой, Единосушной, Животворящей и Нераздельной Троицы. О чем же приличнее потому и беседовать ныне, как не ? тех лицах, в честь которых совершается празднество?
Веруя в Отца, Сына и Святого Духа, мы, как христиане, отличаемся от язычников, иудеев и магометан.

Учение ? Святой Троице составляет:
1. Краткое содержание всей нашей веры.
Есть несколько символов веры: апостольский, никеоцареградский и проч.; но самый краткий из них, когда говорят: “верую в Отца, Сына и Святого Духа или во Всесвятую Троицу.” В этих немногих словах выражают веру в Отца, что Он есть, что Он дает, что Он сделал и сотворил, что Он открыл; — в Сына, чему Он научил, что сделал для нашего спасения, что обещал и чем угрожал; — в Духа Святого, что, Он совершил и совершает до ныне. Более мы не имеем нужды веровать. Словами: верую во Имя Отца, и Сына, и Святого Духа выражается в краткой форме вся христианская вера.
И мы можем веровать во Святую Троицу, хотя мы и не в состоянии понять Ее. Почему бы любящий Бог не мог по Своему всемогуществу родить из Своего существа Сына и произвести Святого Духа?
И мы должны веровать во Святую Троицу, потому что Иисус Христос сказал: “идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа” (Мат. 28:19). Следовательно, Сын и Дух Святой есть также Бог, как и Бог Отец. И эта вера проникает и запечатлевает всю нашу религиозную жизнь. С верой во Святую Троицу и с крестным знамением мы начинаем и заканчиваем наши молитвы, совершаем бескровную жертву, принимаем все таинства, осеняемся благословением священнослужителя и т.д.
“He забывайте ежедневно произносить исповедание вашей веры, встаете ли вы со сна или отходите ко сну. Не опускайте возможно чаще повторять во имя Отца, и Сына, и Святого Духа; это для вас спасительно.”
2. Единственное основание истинно-христианских добродетелей.
 Язычники были иногда в известном смысле добродетельны, но из благоразумия; иудеи совершали многие добрые дела, но из страха. Один христианин избегает зла и делает добро из любви к небесному Отцу, из благодарности к Сыну и из благоговения к Святому Духу. Он стремится к добродетели, потому что Отец хочет добра, Сын умер за грехи и Святой Дух обитает со Своей благодатью только в добрых душах. Все отдельные христианские добродетели исходят из веры и основываются на вере в Святую Троицу.
а) Наша веpa. Так как христианская вера есть вера в непостижимую тайну Святой Троицы, то по этому самому уже эта вера есть отвержение самолюбия, подавление духовной гордости. Следовательно — вера, в собственном смысле заслуживающая названия веры.
б) Наша молитва сильнее молитвы иудеев, язычников и магометан, потому что мы можем молиться Отцу во имя и словами Сына и в силе Святого Духа.
в) Наше послушание небесному Отцу охотнее, потому что Сын и Дух выполняют также порученное им посольство Отца.
г) Христианское смирение только и может происходить от того, что Отец так возвышен над нами, Сын должен был за нашу злобу претерпеть кровавые страдания, и без Духа Святого мы не в состоянии сделать никакого добра.
д) Христианская любовь к ближним имеет свое главное основание в том, что другие люди, как и мы, дети небесного Отца, братья и наследники Иисуса Христа, и храмы Святого Духа.
3. Лучший источник нашего утешения и нашей радости.
а) Величайшая для нас радость и утешение, что любящий Бог печется ? нас, и этот Бог — наш Отец, что Он из милосердия прощает нас, что y Heгo нет лицеприятия и т.д.
б) Наша радость и утешение, что Иисус Христос принес нам с неба полную истину, что Он приобрел нам право на усыновление Божье, открыл опять нам небо, заключенное нашими грехами и т.д.
в) Наше утешение и радость, что Святой Дух управляет Божьей Церковью, охраняет ее от заблуждений, просвещает всякого человека, согревает и укрепляет и т.д.
Что для корабля опытный кормчий, то Святой Дух для людей в продолжении их плавания по океану духовной жизни, исполненного опасностей.

Тема VI.
“Царю Небесный, Утешителю, Душе истины, прииди и вселися в ны.”
Так ежедневно взываем мы в молитве к Святому Духу; но особенно прилично взывать так в настоящий день.
Кому солнечный свет не приятнее мрака, тишина — бури?
Сколько слез проливается в мире без осушения и утешения?
Кто утешит плачущих, возвестит “что им вместо пепла дастся украшение, вместо плача — елей радости, вместо унылого духа — славная одежда” (Исаии 61:3)?

Святой Дух есть Дух Утешитель.
1. Скорбные сердца, которые могут ожидать от Него утешения.
a) He всякий без исключения скорбящий. Мирская скорбь (Иов. 21:23;  1 Цар. 16:14 ). Скорбь, происходящая из мутного источника (Мат. 19:22;  Map. 6:26 ).
б). По преимуществу духовно-скорбящие (2 Кор. 7:9-11 ). Сюда принадлежат:
а. Плачущие ? своих грехах Иов (13:26 ). Давид (Псал. 24:17 ). Апостол Петр (Мат. 26:75 ).
b. Изнемогающие от искушения диавола (Мат. 4:1 ). Он мучит внешними страшными образами (Мат. 15:22;  Апок. 12:12 ), или вкрадывается, как змея, и прельщает нас внушениями и соблазнами.
с. Подвергающиеся тяжелым Божьим испытаниям. Разлучение Спасителя со Своими учениками (Руфь 1:3.  20-21;  Товит. 3:10;  1 Цар. 1:10;  1 Пет. 1:6 ). Испытания, постигающие благочестивого человека (Исаии 49:14;  Псал. 29:8;  Иер. 8:21 ).
2. Как Святой Дух является Утешителем для таких сердец?
а) Он приходит к ним и находится ближе от них, чем они думают. Обетование Спасителя. Имя “Утешитель.” Ему открыто сердце человеческое (Иер. 30:10;  Прем. 1:5;  Ефес. 4:30 ).
б) Он превращает нашу печаль в радость (Псал. 96:1l;  Деян. 13:52 ). He посредством видений и откровений (Апок. 4:2 ). Дух Святый совершает это обыкновенными путями (Иер. 15:16;  1 Иоан. 5:6;  Рим. 8:15;  2 Тим. 1:7; ).
в) Эта радость есть нечто совершенно особенное. Ее можно лучше ощущать, чем выразить. “Мир мой даю вам;” — этот мир превосходит всякую другую радость: “не яко мир дает” (Екклез. 2:2;  Рим. 14:17;  2 Кор. 7:9;  1 Пет. 1:8 ).
Заключение. Призываю во свидетели этой истины вас, кто знает ? ней по собственному опыту (Исаии 38:17 ).
Кто вы, легкомысленные грешники? Дети, играющие куклами (Зах. 4:9 ). Иной для ободрения себя в печали предается вину и сикеру (Прем. 2:7 ).
Другой жалуется: Дух Утешитель оставил меня в печали (2 Кор. 6:10;  Псал. 41:12;  Иов. 3:26 ). Радость и горе изменяются. Теперь только предвкушение, a не полная брачная вечеря. Скорбные минуты скоро пройдут. Если Дух Утешитель не приходит прежде, то Он непременно придет при смертном одре...

Тема VII.
“Если же кто Духа Христова не имеет, тот и не Его” (Рим. 8:9).
“Без Меня — говорит Спаситель — не можете делать ничего” (Иоан. 15:5 ). Без Heгo мы не имели бы даже живого дыхания. Иисус Христос — виноградная лоза (Иоан. 15:1 ), альфа и омега. Жестокое слово — для взращения нашей гордости.
Напрасно обрабатывается поле, если над ним не восходит никакого солнца. Как тихо стоят наши мельницы, если они не имеют ни ветра, ни воды! (Псал. 126:2 ). Так и в вещах духовных (2 Кор. 3:5;  1 Кор. 2:14 ).
Мы подобны детям, которых нужно вынашивать (Филип. 2:13 ).
Кто Духа Христова не имеет, тот не христианин (1 Кор. 12:3 ).

Без Святого Духа невозможно быть христианином.
1. Истинно-верующим христианином.
Конечно, и без Святого Духа можно быть по наружности христианином; но различай гнилое дерево от хорошего (Рим. 9:6-7 ).
Это можно сказать уже в отношении учения и познания веры. Откуда человек почерпнёт это учение и познание? Из собственного ли ума и веры? Учись по-еврейски и по-гречески, читай сто раз Библию — ты все-таки будешь ходить ощупью во тьме, где не озарит тебя свет свыше (Прем. 9:17;  Исаии 11:2 ). “Дух Святый … научит вас всему” (Иоан. 14:26;  1 Иоан. 5:6 ).
Еще более это нужно сказать в отношении живой веры. “Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое” (Иоан. 14:23 ). Святой Дух пробуждает и обличает (Иоан. 16:8-9 ), свидетельствует ? Христе (Иоан. 15:26 ), прославляет Его в нас (Иоан. 16:14 ).
2. Истинно-благочестивым христианином.
Вера без дел мертва (Иак. 2:17-18;  Сир. 34:14 ). Вы, не имеющие Духа, говорите, что хотите, ? ваших добродетелях, но они не более, как пустая скорлупа; восхваляете честного человека, но он только мертвый образ, размалеванный водяными красками, которые линяют и бледнеют на солнечном свету. Как совершенно иначе бывает с тем, кого влечет Дух Божий к добродетели? (Рим. 8:13-15 ). Он оставляет зло, делает добро ради Бога (Быт. 39:9 ). Его совесть не может переносить никакого греха, как глаз не переносит никакого горчичного зерна. Святость Иисуса Христа — зеркало, в которое он постоянно всматривается. Дух Святой ведет его в землю праву (Псал. 134:12 ). Его добродетели — плод Духа (Гал. 5: 22 ).
3. Истинно-утешенным христианином.
Человеческие советы и утешения — сухие колодцы. Мир, доставляемый миром, продолжается одно мгновение; — это кукла в руках ребенка (Иов. 16:2;  Амос. 6:13 ). Но Дух Святой превращает всякую печаль в радость (Деян. 9:31 ); дает нам свидетельство, что мы Божьи чада (Рим. 8:26 ); осушает наши слезы (Рим. 14:17 ); помогает нашей немощи (Рим. 8:26); взывает с нами: “Авва Отче” (Гал. 4:6 ).
Заключение. Что мы за христиане с вами, слушатели? He caмодельные ли святые? Многие вовсе не имеют Духа (Иуд. 1:19 ). Иной скажет: “я имею Его; не крестился ли я, не хожу ли в церковь?” Покажи веру твою от дел. Обратись (Деян. 7:51 ). Молись (Псал. 50:12 ) и следуй внушениям Духа Божьего.

Тема VIII.
“Утешитель же, Дух Святый ... научит вас всему” (Иоан. 14:26).
Святому Духу присуща такая сила, что мы без Heгo, хотя бы и желали, не можем спастись (1 Кор. 12:3 ). Человек прежде всех должен знать путь к небу (Рим. 10:14 ). Этого познания достигают только посредством Святого Духа, наставляющего на всякую истину (Иоан. 16:13 ). Как дитя водят за руку, так Святой Дух, Дух премудрости (Исаии 11:2 ), испытующий всё (1 Кор. 2:10 ), сопровождает наши души и ведет их постепенно от одной истины к другой. Слова Его имеют такую силу, что превосходят всякое человеческое слово. Хотя Его кафедра поставлена в сокрытом месте, однако Он сильно учит.

Могущественное учение Духа истины.
1. Истины, которым он научает.
Они состоят:
а) в том, что относится к познанию нашего спасения, нашего духовного и вечного блага. Разрешение тайн природы, искусство, устройство нашего земного счастья — суть дела духа мира (1 Кор. 2:12 ). Дух Святой и здесь делает Свое дело, но главное Его дело — наше спасение. “Научит вас всему,” — именно тому, что сокрыто от естественного человека и выше всякого его разумения (1 Кор. 2:14 ).
б) Преимущественно предмет Его учения составляет Иисус Христос и Его евангелие (Иоан. 15:26;  16:14 ). Это не значит, однако же, чтобы Он молчал ? всем прочем, находящемся в Богодухновенном Писании. Все божественные истины соединены вместе, как одна цепь. Дух Святой учит поэтому и ? всем Священном Писании, ? законе и евангелии; Он начинает с сотворения и восходит до последнего, страшного суда. Но все это Он направляет к одному пункту, a этот пункт такой: человек, ты — грешник; Иисус Христос — твой Искупитель; за Heгo ты должен держаться верой и любовью, если хочешь спастись. Это — самое важное (1 Тим. 1:15;  1 Кор. 2:2 ).
в) Об этом теперь Святой Дух дает нам полное наставление. Научит вас всему. Иоанн говорит: “вы имеете помазание от Святаго и знаете всё” (1 Иоан. 2:20).
2. Род и способ, как Он учит.
a) He непосредственно. Пусть никто не требует знамений и чудес, откровений во сне и наяву. Так учил Он пророков и апостолов (1 Тим. 5:21 ). Мы имеем писанное слово Духа в руках, им мы должны довольствоваться.
б) Он учит нас опосредаванно. Частью посредством Священного Писания, которое мы можем читать и испытывать. Посредством этого слова Дух Святой говорит к грешнику (Рим. 7:7 ) и указывает ему путь ко Христу (Иер. 21:8 ). Частью учит Он посредством людей, которых Он поставил пастырями и учителями (Рим. 10:14-17 ). По сему пастыри церковные и называются служителями Духа (2 Кор. 3:6-8 ). Кто не пренебрегает таким научением, на сердце того влияет непогрешимый Дух истины (Сир. 34:14 ).
3. Сила, с которой Он учит.
а) Он убеждает наш разум, что тот должен покориться истине. Заблудший обращается и верует тому, что ему сказано. У него открывается разумение (Лук. 24:45;  Ефес. 1:17 ); он видит свое жалкое состояние и находит во Христе свое единственное утешение и спасение. Божественное слово пронизывает сердце (Деян. 16:14 ).
б) Он запечатлевает истину в нашей памяти. Он так глубоко начертает слово в сердце, что оно более уже не изглаживается. Иной после двадцати и более лет помнит ту или другую проповедь. Дух опять возвращает то, что потеряно. Посеянное зерно не уничтожается, как бы долго ни пролежало под землей; настанет время, когда оно взойдет и принесет плод.
в) Он направляет также и нашу волю к добру. Самые лучшие наши намерения и предприятия без Heгo — ничто. Он возбуждает усердие и ревность, пламенную любовь (Рим. 5:5 ), и дает силу к побеждению греха. Все наши добрые дела — плод Духа (Гал. 5:22 ). Он является нам и как Утешитель, и взывает: “да не смущается сердце ваше и да не устрашается” (Иоанн 14:27; Рим. 8:26 ).

Тема IX.
“Утешитель же, Дух Святый ... научит вас всему” (Иоан. 14:26).

Дух Святой — наш божественный учитель.
Когда говорят ? каком-либо учителе, то при этом думают вместе об учениках, ? предмете учения, ? средствах учения, ? комнате для учения и способе учения. Так как Дух Святой — наш Божественный Учитель, то спросим:
1. Кого Он учит, или кто Его ученики?
Он принимает в число Своих учеников всех, которые хотят научиться от Heг?.
a) Он имеет учеников Своих еще в Ветхом Завете. Даже между язычниками. Но это были только школы малых детей.
Более обширные знания Он сообщал иудеям, между которыми были превосходные ученики. Но и это была однако ж только приготовительная школа.
б) Высшие, совершеннейшия знания Он сообщает только христианам, которые по вере в Иисуса Христа приобщаются полнейшего действия Святого Духа и Его благодати, и следовательно, принадлежат к числу собственных, главных Его учеников. Об этом говорит Спаситель, обещая апостолам, что Утешитель Святой Дух, егоже пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему (Иоан. 14:26).
2. Чему Он учит, или какой предмет Его учения?
Он учит самому необходимому и самому важному. He наукам, не искусствам, но Божьему совету ? нашем спасении во Христе. Именно тому самому, чему Он учил апостолов. Он, конечно, не научает нас творить чудеса, говорить разными языками, но
а) любить Иисуса Христа,
б) соблюдать Его слово и
в) не отчаиваться (Иоан. 14:27 ).
3. Посредством чего Он учит?
Он пользуется всем в мире, как средством к нашему научению.
а) Он учит посредством природы.
б) Он учит посредством истории.
в) Он учит посредством судеб в нашей жизни.
г) Он учит посредством совести.
д) Он учит посредством Священного Писания, особенно евангелия. Библия — Его главный учебник.
4. Где Он учит?
Он учит на всяком месте в мире.
а) В храме Божием (общественное обучение).
б) Везде, где мы бываем, на всех путях и стезях наших (частное обучение).
5. Как Он учит?
Способ Его учения самый лучший и самый убедительный. Успех апостольской проповеди в день пятидесятницы свидетельствует об этом. Он учит:
а) с мудростью;
б) с любовью;
в) со властью.

Тема X.

Дух Святой — наш Утешитель.
1. Кого Он утешает?
2. Чем Он утешает?

II. Апостольское чтение.
Зачало (3): Деяния Святых Апостолов 2:1-11.
1 При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе.
2 И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились.
3 И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них.
4 И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать.
5 В Иерусалиме же находились Иудеи, люди набожные, из всякого народа под небом.
6 Когда сделался этот шум, собрался народ, и пришел в смятение, ибо каждый слышал их говорящих его наречием.
7 И все изумлялись и дивились, говоря между собою: сии говорящие не все ли Галилеяне?
8 Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились.
9 Парфяне, и Мидяне, и Еламиты, и жители Месопотамии, Иудеи и Каппадокии, Понта и Асии,
10 Фригии и Памфилии, Египта и частей Ливии, прилежащих к Киринее, и пришедшие из Рима, Иудеи и прозелиты,
11 критяне и аравитяне, слышим их нашими языками говорящих о великих делах Божиих?

Практический очерк содержания рядового чтения.
В апостольском чтении недели изображается сошествие Святого Духа на апостолов.
l. Обстоятельства самого события (ст. 1-4).
Прежде всего евангелист Лука обращает наше внимание на время, в которое произошло сошествие Святого Духа на апостолов. Это было, “при наступлении дня Пятидесятницы” (ст. 1), т. е. при наступлении дней ветхозаветного праздника Пятидесятницы и вместе с тем Пятидесятого дня по воскресении Иисуса Христа из гроба. Мудрость и благость Божья не напрасно избрала этот день для исполнения обетования, данного Иисусом Христом апостолам, которые, по вознесении Господа, оставались в Иерусалиме, в ожидании Святого Духа (Деян. 1:14 ). Как иудейская Пятидесятница была для Израиля праздником полевой жатвы; так и христианская Пятидесятница должна была сделаться праздником жатвы духовной. Как прежде, в этот день приносились и посвящались Богу земные плоды первого урожая, так теперь первенцы Израиля должны были, посредством веры и крещения, вступить в новое, духовное царство Мессии.
Пятидесятница праздновалась также израильтянами в воспоминание синайского законодательства; христиане должны будут праздновать этот день в воспоминание о сошествии Духа Святого, который не угрожает смертью, как ветхозаветный закон, но дарует силу, жизнь и спасение. Посредством закона утвердился Ветхий Завет; посредством Святого Духа должен был запечатлеться новый завет в душах верующих. Когда таким образом наступил день Пятидесятницы, иудеи по закону и усердию спешили на богослужение. Но апостолы не почли нужным идти в храм, навсегда отвергнутый самим Господом, а оставались в своем домашнем храме, в горнице сионской (ст. 2 ср. Иоил. 2:16 ). Здесь “все они были единодушно вместе” (ст. 1), с одними и теми же мыслями и желаниями, направленными к Утешителю Духу. Никто и не думал оставлять Иерусалим; даже по домам не расходились, а пребывали все вместе.
Всех было 120 человек, в том числе и Пресвятая Дева — но душа была одна, сердце одно. К крепкому единодушию присоединилась крепчайшая молитва (ср. Деян. 1:14). Несмотря на обещание Спасителя послать вскоре Святого Духа, они непрестанно молились, потому что не почитали себя достойными столь великого дара; молились, ибо познали, что без молитвы не бывает ничего важного; молились, поскольку самое стремление души к Святому Духу было уже чистейшей молитвой. Воспоминание Божьего сошествия на синайскую гору невольно возбуждало в них надежду, не сойдет ли в этот самый день и обещанный Утешитель. А такая надежда еще более распаляла сердца молитвой. 120 чистейших душ неслись к Нему, 120 чистейших сердец открылись для Утешителя. Божественный Огонь уже начинал возгораться в их сердцах; Дух Святый уже подвигся в основании их существа, не мог далее сокрыть невидимого Своего присутствия, — и сила благодати, через молитву, проникла сквозь силы видимой природы “И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра,” как бы от сильного порыва ветра.
Буря есть могущественная сила, производящая необычайные явления и неисчислимые последствия; так и Дух Святой. Дыхание бури невидимо, как и дыхание Святого Духа, но действия той и другого ощутительны, хотя неизвестно, откуда они приходят и куда идут (Иоан. 3:8 ). Шум происходит с небес, с верхних частей воздуха, дабы показать, что Духа Святого посылает тот самый Иисус, Который вознесся на небо — и “наполнил весь дом” (ст. 2), в котором находились ученики, как бы в ознаменование того, что даров Святого Духа исполнится отныне вся вселенная, где только будут православные церкви.
За бурным дыханием, как ближайшим предвестием, мгновенно последовало видимое знамение сошествия Святого Духа: “и явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них” (ст. 3). Если бы кто увидел апостолов в это мгновение, то мог бы подумать, что на их головах огненные венцы. Дух Святой избрал это чувственное знамение, чтобы тем ощутительнее явить Свое присутствие: “ибо — рассуждает святой Григорий Богослов — как Сын Божий явился на земле видимо, так и Духу Святому надлежало явиться видимым образом” (бесед. 44).
Почему же Дух Святой явился именно в виде языков и притом огненных? Многоразличие языков, явившееся некогда в роде человеческом, как Божье наказание, разделило людей и рассеяло их по разным странам. Но с сошествием Святого Духа, сделавшись даром, оно должно было составить из всех народов один христианский народ и собрать их в единую Церковь. Таким образом, под внешним знамением многих языков совершилось единство всех людей во Святом Духе. “Огненные” языки выражали собой не только огненный дар слова, сообщенный провозвестникам Евангелия, но и все те действия, которые производит огонь. Над апостолами совершилось теперь “крещение Духом Святым и огнем.” Огонь есть могущественная стихия; еще могущественнее огонь Духа Святого, нисходящий на верующие сердца. Огонь освещает, согревает, оживляет, очищает и уничтожает всякие терния — то же самое производит и Дух Святой в духовном смысле. Видение огненных языков и продолжалось не долго, быть может, несколько мгновений, но Дух Святой навсегда наполнил собой души и сердца апостолов: “и исполнились все Духа Святаго” (ст. 4), — всех Его даров (Иоил. гл. 3; Иер. 31:31  и проч.; Иоан. 14:15-16 ), хотя первый дар Духа, видимо, проявившийся над апостолами был дар языков.
Умея до сих пор говорить только на одном природном языке, они и прочие верующие вдруг “начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать” (ст. 4). Еще не было кому слушать их, но они все говорили и не могли не говорить: Дух Святой двигал сердце, сердце двигало уста, и слова лились сами собой, как вода льется из источника. Так и у святого Давида, когда на него сходил Дух Святой, сердце само собой — “Излилось из сердца моего слово благое … язык мой — трость скорописца” (Псал. 44:2). Каждый из апостолов говорил то, что Дух Святый “давал им провещевать.” Податель был один, а дары различны: море благодати, так сказать, разлилось на источники, смотря по качеству сердец, быстрые, медленные, — шумные, тихие, — более, менее глубокие, но во всех сердцах живые, светлые. О чем же они говорили “иными языками”? Они вещали “о великих делах Божиих” (ст. 11), о беспримерном совершенстве Божьем, чудных делах Промысла, которые открылись теперь для них во всей полноте и свете. Молитва предшествовала сошествию Святого Духа, в молитве сошел Он, молитву и принес с Собой. Как же после сего свята и сильна молитва! Как она должна быть любезна для того, кто хочет получить и сохранить Святого Духа. “Молись, подобно апостолам, и для тебя не пройдет более 10 дней, как ты получишь Святого Духа.”
2. Действия события на его свидетелей, из чего усматривается его величайшая важность (ст. 5-11).
В то время “в Иерусалиме … находились Иудеи, люди набожные, из всякого народа под небом” (ст. 5). Обитавшие по разным чужеземным странам мира, потомки иудейского народа, движимые почтением к Моисееву закону, три раза в год приходили в Иерусалим на праздники, установленные законом (Исх. 23:14-17 ). Называясь по месту своего обитания парфянами, мидянами, римлянами, александрийцами, антиохийцами и проч., они по роду и вере были иудеями. Эти-то иудеи, “люди набожные, из всякого народа под небом,” находились в Иерусалиме в день Пятидесятницы, когда Дух Святой сошел на апостолов. Непонятно, впрочем, что они были из всякого народа под небом; потому что тогда было несравненно более народов, чем сколько упоминается у Луки. Быть может, священный историк выразился так по общему образу речи, ибо часто мы вместо того, чтобы сказать, многие дела, говорим — все дела, вместо — многие люди — все люди, как и в Священном Писании говорится: все, вместо многие (Псал. 13:3 ). Поэтому, может быть, и божественный Лука, вместо того, чтобы употребить выражение — от многих народов, сказал: “из всякого народа” (см. Толк. Никиф. in. h. loco).
Что же произошло с этими иудеями, свидетелями чудесного события? Шум необычайного бурного дыхания обратил их внимание; им слышны были, конечно, на некоторое расстояние и голоса 120 человек, гремевшие во славу Божью. И вот “когда сделался этот шум, собрался народ” (ст. 6), чтобы узнать, что произошло. Простое любопытство вдруг перешло в недоумение и смятение: и пришел в смятение. Все недоумевали: во-первых, потому, что слышали апостолов, славословящих Бога на иноземных языках, между тем, как молитвы обыкновенно совершались на священном еврейском языке; во-вторых, — тому, что никогда не слышали о столь высоких истинах, о столь святых чувствах, но всего более — тому, что “каждый слышал их говорящих его наречием” — римлянин, грек, африканец, индеец — своим природным “говорящих … наречием ” (ст. 6). В то же время каждому было известно, что говорившие были все галилеяне, люди совсем не знакомые с иностранными языками.
От недоумения переходили к удивлению и ужасу: “И все изумлялись и дивились, говоря между собою: сии говорящие не все ли Галилеяне? Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились” (ст. 7, 8). Между нами, говорили они между собой, находятся парфяне и мидяне, еламитяне и месопотамляне, жители Иудеи и Каппадокии, Понта и Малой Азии, Фригии и Памфилии, Египта и Ливии, лежащей в Киринеи, — находятся не только живущие в Иерусалиме, но и пришедшие сюда римляне и иудеи, и пришельцы, обратившиеся из язычества в иудейство, критяне и аравитяне: и однако ж все мы слышим этих галилеян, возвещающих величия Божьи нашим природным языком (ст. 9-11). Все эти народы изумлялись и удивлялись, ибо все видели необыкновенное, слышали чудесное, и никто не мог объяснить того, что видел и слышал. “И изумлялись все и, недоумевая, говорили друг другу: что это значит?” (ст. 12)?
Но между ними нашлись люди, которые вздумали, как и ныне нередко бывает, изъяснить другим то, чего сами совершенно не понимали. “Что тут — говорили — удивительного? Это действие вина; вино заставило их забыть приличие, — и вот они вольнодумствуют, молятся на простонародных языках, тщеславятся своим знанием.” “А иные, насмехаясь, говорили: они напились сладкого вина” (ст. 13). При всей нелепости этой клеветы, в ней есть нечто, стоющее благочестивого внимамия. И апостол Павел противопоставляет вино Духу Святому, когда говорит: “не упивайтесь вином, от которого бывает распутство; но исполняйтесь Духом” (Ефес. 5:18).
Не напрасно это противопоставление. И святой Давид говорит, что праведники насыщаются “от тука дома Твоего” (Псал. 35:9). Не напрасно и это выражение. А невеста — верующая душа, описываемая Соломоном, говорит, что она “введена была даже в дом вина,” и призывает других пить оное и упиваться (Песн. 2:4-5 ). Тут еще более тайны. Что же все это значит?
Вероятно то, что кто исполнен Святым Духом, кого Он удостоит Своего посещения, тот бывает сам вне себя, и в действиях его, и в самом виде открывается нечто странное, выходящее из обыкновенного порядка, подходящее к тому, что усматривается в человеке в состоянии шумного веселия. Так святой Давид, исполненный Духа Божьего, с царским венцом на главе, подобно младенцу, скакал всенародно перед ковчегом Завета (2 Цар. 6:16 ). Но плотские люди не знают другого восторга, кроме чувственного; упоение Святым Духом, священное восхищение от преизбытка благодати, чуждо для них, они судят по своему опыту и — богохульствуют. “А иные, насмехаясь, говорили: они напились сладкого вина.” Так всегда мир заблуждает, когда берется судить о действиях Божьих святых.

Тема I.
Праздник Святой Троицы, напоминая нам о сошествии Святого Духа на апостолов и всех бывших с ними верующих, напоминает в то же время о первом распространении веры Христовой в мире. Посему день сей должен быть особенно свят и важен для нас.
Но, переносясь мыслью к первым дням христианства, мы проходим ряд столетий, в продолжение которых Церковь Христова проявила свою чудную жизнь и деятельность. Никакие препятствия не в состоянии были остановить её победоносного шествия: она утвердилась в мире без содействия мира и даже вопреки ему.
Ничто столько не убеждает нас в вере в Иисуса Христа и Его Церковь, как размышление о чудных путях Промысла в распространении веры Христовой.

Размышление об истории христианской веры.
1. История Христианства убеждает нас в его божественности.
После успехов евангельской проповеди в Иерусалиме, во всей Иудее и Самарии, апостолы отправились с благовестием во весь мир.
Куда они ни приходили, они встречали души верующие, жаждавшие истины и благодарившие Бога за то, что Он умилосердился над людьми и послал Сына Своего для их спасения.
Но еще более находили они, как между иудеями, так и между язычниками, людей неверующих и упорно-враждебных, которые питали к ним ненависть и презрение, гнали их и умерщвляли.
В первые века основания Церкви Христовой воздвигнуты были всеобщие гонения на всех христиан, направленные к истреблению самого имени Христианства с лица земли. Могущественные римские императоры употребили все средства к уничтожению веры Христовой; но не могли достигнуть своей цели. Жесточайшие преследования, самые изысканные пытки и казни не уменьшали, а умножали число христиан. Кровь мучеников была плодотворным семенем.
Еще бессильнее этих гонений оказались для церкви Христовой невежество и суеверия, грубость и испорченность нравов, противодействовавшие влиянию Христианства, а также бесчисленные ереси и расколы, волновавшие Церковь Божью в течение многих столетий.
Свет истины разогнал тьму и православное учение веры восторжествовало над всеми ересями и заблуждениями.
Эти неопровержимые факты столь многих веков из истории христианства не доказывают ли, что христианская вера есть божественное учреждение, что апостолы возвещали и распространяли ее по внушению и силе Святого Духа?
Не была ли она делом Божьим, а не человеческим, когда смогла преодолеть самые непреодолимые для людей препятствия в продолжение стольких веков?
Истинно сказал Спаситель: “создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее (Матф.16:18) … Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут” (Мар.13:31).
Пусть неверующие говорят, что хотят; мы находим достаточное подтверждение нашей веры в самой её истории, и чем более мы знакомимся с ней, тем более убеждаемся, что вера наша утверждается не на мудрости человеческой, но на силе Божьей.
2. История христианства приводит нас к признанию его благотворного влияния на благо и спасение людей.
Чрезвычайное событие, которое, по рассказу апостола, совершилось в день Пятидесятницы, должно было произвести и чрезвычайные перемены. Об этом свидетельствует история Христианства. В ней мы находим убедительнейшие доказательства победоносного действия веры Христовой ко спасению людей.
Христианская вера должна была сделаться благодетельной не только для её современников, но и для всего рода человеческого. Посредством ее все народы должны были достигнуть истинного Богопознания и Богопочитания, ознакомиться со своими важнейшими обязанностями и назначением, озариться светом и возродиться в новую, духовную жизнь. В ней все должны были найти утешение и успокоение, мир с Богом и своей совестью, надежду вечного спасения.
Что так действительно и было, об этом ясно свидетельствует история Христианства. Если мы обозрим мысленно обширное пространство времени, в которое вера Христова распространилась над большей частью земного шара: то увидим, какое влияние оказала она на состояние и понимание людей, — чем сделался через нее род человеческий, — какой степени духовно-нравственного развития достиг он при её содействии, — какие средства нашел он в ней для образования и благоденствия всех людей во всех состояниях и отношениях. Все народы, находившиеся до принятия Христианства в грубом, почти животном состоянии, достигли благодаря ему замечательной степени духовно-нравственного развития.
В самые мрачные времена всеобщего затмения и безнравственности, особенно после падения Римской империи и при наплыве варварских народов, вера Христова была единственным средством, спасшим человечество от полного одичания. Самые важные учреждения гражданской и общественной жизни, которыми теперь пользуются народы, обязаны Христианству.
Если истина, правосудие, человеколюбие и страх Божий служат защитой общественного блага; если каждая добродетель почитается и охраняется; то это именно есть плод Христианства.
Невозможно переоценить всеобъемлющего и всепроницающего действия веры Христовой на осчастливливание рода человеческого.
Даже и приведенные уже факты и доказательства как сильно посрамляют презрителей Христианства! Как сильно они укрепляют истинного христианина в вере!
3. История христианства должна возбуждать в нас искреннюю благодарность Богу за его охранение и продолжающееся благословение.
Потому что Христианство есть, поистине, дело Божье. Бог послал Иисуса Христа.
Он дал апостолам в нынешний день Утешителя, Духа Святого, обещанного им Иисусом Христом.
Он был с ними, охранял их в вере, направлял их на всякую истину, поддерживал их в распространении евангелия, сообщал им мужество, силу и крепость к перенесению бедствий и страданий.
И кто защищал христианскую веру в столь многих опасностях и против столь могущественных врагов, угрожавших ей совершенным истреблением?
Кто охранял ее в течение веков, когда истина, вера и добродетель, казалось, почти исчезали с лица земли? Кто извел свет её из тьмы невежества и суеверия, дабы вновь озарить мир и согреть сердца людей для всякого добра?
Кто даровал нам до нынешнего дня невозмутимо и спокойно наслаждаться неисчислимыми благодеяниями христианской веры? Будем благодарным сердцем и устами исповедывать, что всеми этими благодеяниями мы обязаны всеблагому Промыслу Божию о нашем вечном спасении. К таким чувствам благодарения и исповедания побуждает нас сегодняшний праздник. Пусть он укрепит нашу веру в божественное учение! Пусть он оживит нашу ревность к христианской истине и добродетели, святит наше сердце в живой храм Святого Духа!

Тема II.
С праздника первого христианской Пятидесятницы (называемой христианами праздником Святой Троицы) началось распространение Христианства. После этого дня апостолы отправились во весь мир с евангельской проповедью о царстве Божьем.
Если посмотреть на тогдашние обстоятельства времени, на состояние народов, на свойства самой Христианской религии, то можно найти естественные причины, которыми отчасти объясняется распространение Христовой веры.
Но и в самих, по-видимому, естественных причинах мы не можем не усматривать особенного Божьего содействия в этом деле.
При внимательном рассмотрении мы не можем не признать ясных следов Божественной мудрости в облечении апостолов силой свыше и в распространении через этих мужей христианской веры.
Не отрадно ли будет для нас найти такие следы божественной мудрости? Не должны ли мы считать нашим долгом отыскивать их для укрепления нашей веры?

Следы божественной мудрости в распространении христианской веры апостолами.
Мы находим эти следы:
1. В приготовлении к этому событию.
Каждое событие имеет свою причину, из которой оно возникает, которая определяет его появление в мире. Таким образом, каждое событие заранее подготовляется, и чем оно важнее, тем более оно должно подготовляться.
Не иного следовало ожидать и от Божьей мудрости, которая должна была столь важное и великое событие, каково распространение Христианства, надлежащим образом готовить, чтобы оно могло явиться в потребное время и иметь должный успех.
Это предположение наше вполне подтверждается.
Событие, совершившееся ныне над апостолами, не было неожиданностью. Иисус Христос готовил их к нему. Он обещал им Утешителя, Духа Святого, Которого Отец пошлет во имя Его (Иоан. 14:16-17.  26 ).
Перед вознесением Своим на небо Он дал ясное повеление: “не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца, о чем вы слышали от Меня” (Деян. 1:4).
Поэтому “при наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе” (Деян. 2:1).
Могло ли быть так, если бы апостолы не были приготовлены к этому событию, и нисколько не ожидали того, что случилось с ними в праздник Пятидесятницы? Тогда, быть может, они в минуты, назначенные Богом для чрезвычайного явления, не пребывали бы в непрестанной молитве и не могли бы принять в такой полноте Духа Святого.
Кто, следовательно, не признaет божественной мудрости в том, что все было приготовлено ей к событию, совершившемуся в настоящий день?
Даже и то, что столь многие иудеи, собравшиеся к празднику Пасхи, были свидетелями крестного распятия Иисуса Христа; что эти самые иудеи, по возвращении в места своего жительства, распространяли весть об Иисусе, Его жизни, делах и смерти; что апостолы, возвещая впоследствии в этих местах евангелие, находили уже некоторые познания о Спасителе; что их проповедь имела быстрый успех, — все это было мудрым Божьим устроением, которое мы должны признать с благодарностью и благоговением.
2. В избрании времени и устроении обстоятельств, при которых оно последовало.
Как для послания Спасителя в мир Бог, по своей высочайшей мудрости, избрал самое удобное время, так мудрость его явилась и при распространении Христианства. Он именно избрал для этого надлежащее время и благоприятные обстоятельства. Это была Пятидесятница, праздник, в который иудеи приносили в жертву Богу первые плоды жатвы. Это был день всеобщей радости, которая еще более возвышалась тем, что в тоже время праздновали воспоминание о синайском законодательстве, данном через Моисея.
Множество чужеземных иудев и иудейских пришельцев из отдаленнейших стран собрались на этот праздник в Иерусалим и могли быть свидетелями того, что совершил Бог над апостолами, ниспослав им все дары Святого Духа. Был ли более удобный случай для начала проповеди о Христе и Его религии между столь многими народами, которые ничего еще не слыхали о Нем? Огонь и буря, как на Синае, и величайшие дары Духа, сопровождавшие новое законодательство, должны были служить для иудеев явным знамением, что ветхий, Моисеев закон теперь отменяется.
Посему, когда апостолы, после этого праздника, начали проповедывать евангелие вне Иерусалима и за пределами Иудеи: то они нашли уже благоприятное время и обстоятельства, нашли там сердца, готовые к принятию истины и к вере в Спасителя мира.
Еще более благоприятные обстоятельства наступили по разрушении Иерусалима, когда почтение к иудейскому богослужению и храму навсегда утратилось, иудеи рассеялись по всем странам, и апостолы не встречали более от них препятствий в распространении Христианства.
3. В избрании средств и орудий к его осуществлению.
Установление Христианства есть, бесспорно, величайшее дело, низпосланное Провидением ко благу рода человеческого.
Кто не подумал бы, что Бог, для осуществления такого дела, употребит самые разительные средства, изберет своим орудием самых знатных и могущественных людей мира? Но не так было. “Не много из вас мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных; но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее” (1 Кор. 1:26-28).
Таковы были апостолы. Это были немощные орудия, посредством которых Бог совершил самое великое, трудное и славное дело; незнатные и неученые люди из простого сословия, не имевшие никаких связей с сильными и знатными и не обладавшие никакими внешними средствами.
Евангелие поистине должно было распространяться не насильственными средствами, но силой истины, убеждавшей ум и трогавшей сердце.
Проповедь апостолов состояла “не в превосходстве слова или мудрости,” но в явлении Духа и силы, дабы вера христиан утверждалась “не на мудрости человеческой, но на силе Божией. ” (1 Кор. 2:1; 5). Сила Божmя через проповедь апостолов сотворяла веру и возбуждала покаяние.
Но в том и проявилась высочайшая мудрость Божья, что она избрала для распространения христианства таких мужей, которые, при простом образе мыслей и благочестивом сердце, были чужды жажды богатства и почестей; с добросовестностью и неутомимым рвением исполняли обязанности своего трудного и опасного звания; без страха человеческого возвещали истину; ничего не искали и ничего не домогались, кроме Божьего благоволения и славы к распространению царства Христова, к прославлению Его имени и ко спасению своих братий. Только посредством таких мужей могла распространяться вера, назначенная для всех людей, как знатных, так и самых низких в народе. Кто слышал их, кто видел их жизнь и поступки; тот должен был убедиться, что из уст их исходит только истина.
Как часто иное доброе дело, иные общеполезные учреждения скоро приходили в разрушение, потому что они были вверены таким людям, которым недоставало благоразумия и понятливости, мужества и усердия, честности и добросовестности?
Не так было с делом Иисуса Христа, называемым христианством.
Божья Мудрость усмотрела для его распространения таких мужей, которые обладали всеми необходимыми для того свойствами; а сила свыше, наполнив все их существо в преизобильной степени дарами Святого Духа, вооружила их сверхъестественным ведением, сверхъестественными знамениями и чудесами.
Итак, признаем следы божественной мудрости в распространении веры Христовой апостолами!

Тема II?.
Для кого вера Христова свята и дорога, для того и сегодняшний праздник должен быть важен и свят.
Потому что, воспоминаемое нами ныне событие свидетельствует, что и как много сделал Бог, чтобы мы могли участвовать во благах, даруемых нам в христианской вере.
Но кто торжество нынешнего праздника встречает с равнодушием, тот обнаруживает, что он исповедуемой им религии придает мало цены.
Одно обычное посещение храма, одно внешнее исповедание веры тут ничего не поможет.
Если мы желаем, как члены Церкви Христовой, пользоваться её спасением: то должны добросовестно исполнять все обязанности, возлагаемые на нас Иисусом Христом, — должны показать нашу верность вере. К этому побуждает нас праздник Святой Троицы.

Праздник Святой Троицы побуждает нас к верности христианской вере.
1. К твердой вере.
К верности в вере принадлежит прежде всего твердая вера. Потому что, если верность в том главным образом и состоит, чтобы мы исполняли все обязанности, которые мы на себя приняли и обещались исполнять: то и наша верность в христианской вере свидетельствуется постоянством веры. Через крещение мы обязались веровать в Бога, в Иисуса Христа и Его учение, и дали обет быть твердыми в этой вере. Наша вера основывается на уверении Спасителя в божественности Его религии (Иоан. 7:16-17;  14:24 ).
Это уверение торжественно подтверждено событием, о котором мы ныне вспоминаем. Святой Дух сошел на апостолов, сообщил им высочайшие духовные дары и облек их силой свыше, чтобы они могли проповедывать евангелие всему миру.
Можем ли мы вспоминать сегодня об этом чудесном событии, о быстром распространении апостольской проповеди, о божественной помощи и покровительстве, сопутствовавших апостолам, о победе евангелия над суеверием и предрассудками, — можем ли мы вспоминать все эти доказательства божественности Христианства, не укрепляясь и не утверждаясь в нашей вере?
И если легкомыслие и равнодушие колеблют нашу веру, то будем взирать на пример апостолов, как они, прежде слабые и боязливые, с сошествием Святого Духа неустрашимо возвещали свою веру и остались верными ей до конца жизни.
2. К постоянному исповеданию веры.
Кто хочет доказать свою верность христианской вере, для того недостаточно только твердо веровать в истины веры; он должен также публично исповедывать свою веру с мужеством и постоянством.
Вера не есть только наше домашнее дело. Она должна быть общественным союзом, соединяющим всех людей в единое христианское, православное общество. Кто убежден в истинах веры, тот должен исповедывать их и перед миром, являться везде и во всем христианином, отличающимся от иудея и язычника.
Этого требует от нас сам долг по отношению к Иисусу Христу, Основателю нашей веры.
Ибо как мы можем любить Его, если при каждом случае не исповедуем Его сердцем и устами, и не почитаем Его как нашего Спасителя и Искупителя, а Его учение — как учение божественное? К такому исповеданию побуждает нас праздник Пятидесятницы.
В этот день апостолы представили первое публичное исповедание своей веры. “Начаша глаголати иными языки. Став Петр со единодесятми, воздвиже глас свой и рече иудеям о Иисусе Христе” (Деян. 2:4.  14 ).
Безбоязненно возвещали они свое исповедание и в следующие дни, не только перед народом, но и перед правительством. Они не обращали никакого внимания ни на угрозы, ни на гонения; но радовались и прославляли Бога, что Он удостоил их пострадать ради имени Христова (Деян. 5:41 ). Такую радость и постоянство веры высказывали и прочие христиане при своем исповедании Иисуса Христа и Его учения.
Даже среди величайших мучений они оставались верными своей вере.
Не напрасно мы хотим напомнить об этих примерах постоянного исповедания Иисуса Христа. Нам, конечно, не предстоит борьбы с гонениями и мучениями, если исповедуем свою веру. Но мы должны бороться с неверием, легкомыслием и религиозным равнодушием, а боимся насмешек и глумлений людей неверующих.
Будем говорить с апостолом Павлом: “я не стыжусь благовествования Христова” (Рим. 1:16 ), и никогда не отрицаться такого исповедания, но оставаться в нем твердыми и постоянными (Матф. 10:32-33 ).
3. К неуклонному послушанию заповедям и повелениям Иисуса Христа.
Такое послушание постояннно являли апостолы с того дня, как начали всенародно проповедывать Евангелие (Деян. 10:42 ).
Каждый христианин обязан повиноваться заповедям Христовым, и через такое повиновение доказывать свою верность вере. Потому что кто верует в Иисуса Христа и публично исповедует свою веру; тот еще не доказывает своей верности Иисусу Христу, если его поступки и жизнь не согласны с его верой и исповеданием. Христос ясно говорит: “не всякий, говорящий Мне: "Господи! Господи!,” войдет в Царство Небесное” (Матф.7:21). “Вы друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам” (Иоан.15:14).
Но как сильно побуждает нас к послушанию Иисусу Христу и исполнению Его воли праздник Святой Троицы?
Потому что Дух Божий, сошедший ныне на апостолов, есть не только Дух истины, но и святости или освящения, который ведет людей к добродетели и нравственному совершенству, дарует им “все потребное для жизни и благочестия.” (2 Пет.1:3). Тот самый Дух действует и ныне в сердцах истинных христиан, чтобы освободить их от греха и освятить.
Поэтому да вселяется в нас Дух Божий, чтобы мы укреплялись во внутреннем человеке и Духом умерщвляли дела греховные. Не будем противодействовать Его внушениям.
Наша жизнь должна быть верным и постоянным подражанием Иисусу Христу. Не грех должен господствовать в нас, но христианская добродетель.
Испытайте свою совесть, являете ли вы такую верность христианской вере, повинуетесь ли постоянно Иисусу Христу и Его учению?
4. К радостному упованию на все обетования Иисуса Христа.
Именем Иисуса Христа подается оставление грехов всякому верующему в Негo (Деян. 10:43 ); все могут надеяться на помощь Святого Духа для исправления своей жизни, на услышание своих молитв, если они совершаются во имя Спасителя; все могут иметь мир с Богом и утешаться упованием вечного спасения. На эти обетования мы должны непрестанно надеяться и ожидать с уверенностью их исполнения.
К такому особенно упованию побуждает нас праздник Святой Троицы. Потому что в этот день исполнилось обетование Господа о послании Святого Духа. И все прочие обетования Его о распространении и продолжении Его учения, о непоколебимости церкви и т.п. исполнились и исполняются доныне.
Как ни велики были в иные времена трудности и опасности для церкви Христовой, однако она устояла против всех бурь и опасностей.
С каким утешением поэтому мы можем надеяться на исполнение всех обетований Спасителя! Как эта надежда укрепляется всем тем, о чем напоминает нам сегодняшний праздник! Пусть она побуждает нас быть верными нашей вере!
Сегодня каждый из нас имеет причины испытать, оставался ли он до сих пор верен своему христианскому имени и своему православному вероисповеданию.
Пусть не страшит нас такое испытание! Надежда на обетования Господа да даст нам силу и мужество к твердому пребыванию в вере и непрестанному её исповеданию делами и жизнью.

Тема IV.
“Дух Святый бе присно, есть и будет” (стихира на день Святой Троицы).
Как ни радостно настоящее торжество, но если сравнить нынешнее наше празднование с Пятидесятницей апостольской, то в сердце рождается какое-то печальное чувство. Там Утешитель Дух обнаруживает Свое присутствие видимо и торжественно: буря и огонь служат Его вестниками, и в малой горнице сионской повторяются чудеса Синая; здесь наши слабые молитвы к Нему не сопровождаются ни единым чувственным знамением.
Тогда проповедники евангелия, будучи облечены силой свыше, одним простым, безыскусственным словом, обращали ко Христу целые племена и народы, заставляли их отвергать ложных богов, оставлять предрассудки, побеждать навыки и страсти; а ныне служители слова, не смотря на все пособия искусства, на все усилия ревности, не могут часто сделать истинными христианами тех, которые родились и воспитались в недрах христианства.
Что же это значит? Не есть ли это знак, что Дух Святой вовсе оставил нас за наши грехи и нечестие?
Вопросы эти так важны, что мы не можем оставить их без разрешения.
“Дух Святый, уверяет нас Церковь, бе присно, есть и будет.”

По каким признакам мы можем узнать, что Святой Дух и ныне действует в нас?
1. По обладаемым нами религиозным познаниям.
Просвещение ума, сообщение высших понятий и взглядов было первым, что Дух Святой произвел в апостолах.
Они ясно ощутили, что они приняли “не духа мира сего, а Духа от Бога” (1 Кор. 2:12). Проникаемые и озаряемые этим Духом, они проповедывали Евангелие с такой силой и мудростью, что их проповеди внимали тысячи людей и принимали с убеждением. Как их вера в Иисуса Христа с сего времени была и осталась непоколебимо твердой: так их проповедь производила такую же веру во всех, слышавших их.
Тот же самый Дух производит и в нас и то же познание и ту же веру через усердное чтение и слышание Евангелия, принимаемого всем сердцем.
По свойству наших религиозных познаний и веры в Спасителя мы можем замечать, действует ли в нас Дух Божий.
Во всех тех людях, которые еще пребывают в религиозном невежестве, исполнены заблуждений и суеверий, не чувствуют никакого влечения к религиозному научению; — которые относятся совершенно равнодушно ко всяким побуждениям к уразумению Божьей воли, пренебрегают всяким случаем и поводом к возрастанию в познании Бога, всегда блуждают сердцем и колеблются между верой и сомнением, — во всех таких людях Дух Божий еще не действует к озарению их ума, к сообщению лучших понятий.
Если вы сами чувствуете и сознаете это: то откройте ваши сердца для действий Духа Божьего. Читайте и слушайте часто с благоговением и вниманием слово Божье, через которое Дух Божий действует на вас. Принимайте Его пручения с охотой и очищайте вашу совесть покаянием. Радуйтесь, если ваш ум становится светлее и способнее к надлежащему познанию истины!
Пользуйтесь каждым случаем к укреплению вашей веры в Иисуса Христа и Его Божественное учение.
2. По преуспеванию в нравственном улучшении и исправлении.
Дух Божий содействует не только познанию и вере, но и нравственному исправлению. Апостолы возвещали, во имя Иисуса Христа, отпущение грехов всем, уверовавшим в Негo. Ho это отпущение может быть достигнуто только посредством добродетели, Они сами своей жизнью и поступками свидетельствовали, какой ревностью к добродетели и благочестию воспламенял их Дух Божий. Их помыслы, как и жизнь, были чисты и святы, без скверны и порока. Руководимые святым чувством к добродетели, они возвещали добродетель Того, по образцу Которого все должны поступать! “Кто Духа Христова не имеет,” говорили они, “тот и не Его” (Рим. 8:9). “Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, 23 кротость, воздержание” (Гал. 5:22-23 ).
Итак, пусть каждый сегодня спросит себя: возбудил ли Дух Божий и во мне добродетельное чувство?
Ощущаю ли я в себе не только в минуты благоговения, но и всегда влечение к благочестию?
Стремлюсь ли я к чистоте сердца, к борьбе с чувственными пожеланиями, восстающими против духа?
Отвергаюсь ли нечестия и мирских похотей, возвышаясь к уподоблению Богу?
Замечаю ли, что во мне сила к добру возрастает, ревность к долгу и добродетели становится живее и деятельнее, хотя бы даже при затруднениях и препятствиях?
Благо нам, если мы замечаем в себе такие успехи в нравственном улучшении!
Они суть дело Святого Духа.
Но к прискорбию, сколь многие христиане ленивы и беспечны к внушениям Духа Божия, или совершенно бесчувственны к благим желаниям и стремлениям!
 Пробудитесь от этой духовной смерти, обновитесь духом ума вашего, чтобы Дух Божий мог вас исправить и освятить!
3. По деятельной любви.
Дух любви был тот чистейший и теснейший братский союз, который соединял апостолов и первых христиан между собой. Первые христианские общества состояли из иудеев и язычников, из людей всех сословий и всех степеней образования. Однако все они составляли одно сердце и одну душу, взаимно друг другу помогали и друг друга поддерживали.
Так точно исполняли они последнюю заповедь Господа: “по тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою” (Иоан. 13:35). Даже и язычник был для них брат, член Церкви Христовой, если он принимал христианство (Деян. 10: 45-46 ). Они славили Бога за то, что “и язычникам дал Бог покаяние в жизнь” (Деян. 11:18).
 Мы также составляем единую Церковь Христову: но одушевлены ли таким же духом братской любви? Мы имеем одного Бога Отца, одну веру и одно крещение: но одно ли у нас сердце и душа?
Оказываем ли мы, не только к нашим родным, друзьям, единоверцам, но и ко всем людям, не исключая самих врагов, сострадание, кротость, благотворительность, милосердие, снисходительность, великодушие?
Пусть каждый испытает свое сердце, не враждебные ли чувства и расположения в нем волнуются, не самолюбивые ли намерения и наклонности в нем господствуют?
Изгоним из нашего сердца все немилосердые чувства, удалим всякую ненависть, зависть, раздор из наших семейств, дабы Дух Божий исполнял и одушевлял нас любовью.
4. По возрастающему в нас внутреннему счастью и довольству.
Дух Святой, поистине, содействует счастью и блаженству людей.
Просвещая наш ум и наставляя нас на истину, возбуждая и укрепляя в нас благочестивое чувство, стремление к добродетели и совершенству, сочетая веру и любовь во взаимном, прекраснейшем согласии, Дух Святой тем самым утверждает наше внутреннее счастье и довольство.
“Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии… Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии. А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу” (Рим. 8:14. 16-17). Поэтому мы, как христиане, имеем сыновнее упование на Бога, нашего Отца, с Которым примирил нас Спаситель, и надеемся на вечное блаженство, по Его благодати.
Как осчастливливает и одушевляет нас упование на небесное блаженство, которого никто не может отнять у нас и которого никакие страдания не в состоянии омрачить. Потому что оно основывается на сознании нашей добродетели, на вере в любовь Бога, с Которым мы имеем мир.
Испытайте благие действия Духа Божьего! Если вы еще не ощущаете их в вашем сердце, то молитесь Духу Утешителю, и Он придет и вселится в вас.

Тема V.
“И исполнились все Духа Святаго” (ст. 4).
В пятидесятый день после пасхи иудеи праздновали праздник жатвы, в который они приносили в жертву Богу первоплодие всех насаждений, — по прошествии этого дня Дух святой благоволил сойти на апостолов.
Мы празднуем ныне христианский, высший праздник жатвы, именно жатвы духовной.

Праздник Святой Троицы есть праздник жатвы Духа Святого.
1. Kак жатвы света.
До Иисуса Христа тяготела тьма над всем человечеством. В чем она состояла? Ho Иисус Христос принес истину и свет. “Аз есмь путь и истина. Аз есмь свет миру” (Иоан. 8:12).
Дух Святой разливал и разливает теперь этот свет между людьми, озарял и озаряет им истинную Церковь Христову.
а) Как апостолы, по сообщении им Духа Святого, сделались совершенно иными по отношению к познаниям, чем прежде? Прежде они никак не могли понять великого дела искупления Спасителя, необходимости Его смерти и проч.; теперь они ясно понимают все. И с праздника Пятидесятницы они начинают распространять свет и истину в мире. Кто принимал их учение, тот просвещался. Апостолы и все, ими обращенные, были научены, просвещены, убеждены в небесных истинах: они жали, а в них — Дух Святой.
б) Точно так вся Церковь, все общество верующих. Непогрешимость Церкви! “И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек” (Иоан 14:16). Славная жатва!
в) Мы стремимся к свету, к усовершенствованиям, к просвещению! Все это мы найдем только в одном месте, — в православной Церкви. Будем крепко оберегать этот источник. Если мы черпаем и пьем из него, мы пожинаем истину и свет!
2. Как жатвы теплоты.
Дух Святой сошел в виде огня, а огонь не только освещает, но и согревает. Поэтому в день сошествия была жатва не только света, но и теплоты, т. е. любви к Богу и ближним.
а) Что сделали апостолы из любви к Богу и из любви к ближним? Что они терпели и как много страдали? С каким одушевлением говорил апостол Павел: “чтобы жить для Бога,” (Гал.2:19) и проч., и: “я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных мне по плоти” (Рим. 9:3).
Как горячо любили друг друга члены первой церкви в Иерусалиме, которые имели все общее между собою? Что делали святые мученики, исповедники?
Все они обильно пожинали теплоту и любовь Святого Духа.
б) Мы также должны принять в себя Святого Духа, воспламениться любовью. Мы также должны гореть ревностью к Богу, Его славе и религии. Mы также должны горячо любить собратий и принимать сердечное участие в их нуждах, скорбях и гонениях. Мы также должны всякое охлаждение и равнодушие к добру удалять от себя теплотой и огнем. Поистине, мы должны из прекрасного семени праздника Пятидесятницы пожать огонь, теплоту, любовь?
3. Как жатвы очищения.
Огонь истребляет плевелы, очищает, напр., металлы. Так точно и Дух Святой. Примем Его в сердца наши и мы очистимся.
а) В таинстве крещения Дух Святой Своей благодатью очищает нас от наследственного греха. “Он будет крестить вас Духом Святым и огнем” (Лук. 3:16). Очистительную силу крещения производит Дух Святой. Посему крещение некогда и совершалось преимущественно в день Святой Троицы.
б) В таинстве покаяния Дух Святой изглаживает все, содеянные нами, грехи. Свяшеннослужитель — свидетель и уполномоченный Святого Духа. Нужно предварительно взывать к Духу Святому. Он возбуждает покаянное чувство. Он помогает сознать грехи и искренне исповедать их. Он ради заслуг Спасителя разрешает от грехов посредством духовника.
в) Мелкие, ежедневные грехи и недостатки заглаживаются различными добрыми расположениями и делами: посредством раскаяния, молитвы, терпения в страданиях, милостыни и т.д. Этому содействует Святой Дух. Примем Его в наши сердца, и мы действительно очистимся.
Заключение. Мы радуемся полевой жатве и с охотой трудимся, когда пожинаем. Примем Святого Духа в наши души и сердца, и мы пожнем обильную жатву света и истины, теплоты и любви, очищения наших греховных пятен.

Тема VI.
“И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них” (ст. 3).
Вот то божественное крещение Духом и огнем (Лук. 3:16 ), коим так видимо и торжественно должны были креститься первые проповедники Евангелия! Вот тот священный огонь (Лук. 12:49 ), который Спаситель пришел низвести на землю, и в отношении к которому Он так сильно желал, чтобы он возгорелся! Дух Святой сойдя на апостолов, при воздушном волнении, под видом огненных языков, произвел в них религиозное одушевление. To же самое Он хочет произвести и в нас. Божественный огнь, почивший на апостолах, должен пламенеть и в наших сердцах и произвести в нас

Религиозное воодушевление.
1. В вере.
Иисус Христос некогда говорил своим ученикам, что Дух Святой научит их всему, наставит на всякую истину и даст понимание всего сущего. Их вера, таким образом, должна была умножиться, возвыситься и укрепиться.
Так действительно и случилось. Дух Святой пришел. Апостолы воспламенились огнем веры. “Они были упоены, но трезвым упоением, умерщвляющим грех и оживляющим сердце, — упоением, совершенно противным плотскому упоению; потому что это последнее доводит до забвения уже познанного, а то дает познание вещей, никогда прежде незнаемых. Они были упоены вином духовной виноградной лозы, которой называет себя сам Господь.”  Вдохновенная проповедь апостола Петра в день сошествия Святого Духа.
К чему привела апостолов вдохновенная вера в Иисуса Христа? Какой священный огонь снедал их? Как много они терпели и страдали?
Все это произвело вдохновение! Когда и у нас бывает вдохновенная вера?
а) Если мы часто и с радостью размышляем о пришествии, жизни, страданиях и смерти нашего Спасителя. Если сердце наше исполняется живейшей радости, при одном воспоминании о том, что Иисус Христос приобрел нам возможность отпущения грехов. Если мы радуемся всякому случаю слышать слово Божие, особенно в воскресные и праздничные дни.
б) Если мы нашу одушевленную веру с ревностью переносим на других — на окружающих нас ближних, на детей, на колеблющихся, сомневающихся, заблудших и т.д.
в) Если мы с радостью содействуем нашими пожертвованиями в пользу наших миссионеров — проповедников, продолжающих апостольское дело благовествования язычникам.
г) Если мы, несмотря на преследования, насмешки и издевательства, пребываем непоколебимо-твердыми в вере.
Короче говоря: в нашей вере должны господствовать теплота, радость, мужество и крепость!
2. В любви.
Все, что делал Иисус Христос, была любовь. Он принес в мир любовь. Его главная заповедь была любовь. Любовь — признак христиан. Дух Святой должен был продолжать дело Иисуса Христа, след., сообщать нам по преимуществу любовь. Поэтому и апостол Павел говорит: “любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам” (Рим. 5:5). По рассказу книги Деяний апостольских между апостолами и первыми христианами царствовала любовь. Все имели общее между собой. Что делали апостолы из любви? Как первенствующие христиане проявляли любовь во взаимных приветствиях и помощи?
Но когда в нас бывает одушевленная любовь?
а) Если сердечно радуемся с радующимися, как бы счастье их — наше собственное счастье, и если плачем с плачущими, как бы их несчастье постигло нас самих.
б) Если радуемся каждому случаю оказать помощь другому.
в) Если мы сами ищем случаев быть полезными другим.
г) Если мы терпим враждебных нам людей, благословляем их, любим их, молимся за них, прощаем им.
3. В надежде.
Иисус Христос принес нам надежду, именно надежду на небо. Дух Святой должен насаждать ее в нас и оживлять.
Апостолы не желали более ничего Земного; сердце их всецело стремилось к небу. Посему апостол Павел мог сказать в одушевленной надежде: “мы присно радуемся, Христос — моя жизнь, смерть — мое приобретение.”
Так должно быть и у нас.
а) Земля не должна удовлетворять нас. Мы здесь странники и пришельцы, стремящиеся в наше истинное отечество.
б) Скорби и бедствия не должны нас устрашать. Они ведут в лучшую жизнь.
в) Грехи других не должны совращать нас с нашего истинного пути.
г) Смерть не должна нас ужасать. Одушевленный надеждой христианин радуется даже в смерти.
Заключение. Удалим всякую косность и нерешительность!
Будем, при содействии Духа Божьего, одушевляться верой, любовью и надеждой!

Тема VII.
“И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них” (ст. 3).
Некогда пророк Исаия получил от Бога повеление отправиться к израильскому народу с проповедью покаяния. Когда он отказывался от этого повеления, говоря что, “я человек с нечистыми устами, и живу среди народа также с нечистыми устами;” тогда явился Херувим с неба и, прикоснувшись к устам его огненным углем, очистил их и сказал: “вот, это коснулось уст твоих, и беззаконие твое удалено от тебя, и грех твой очищен” (Исаии 6:5,7).
Апостолы прежде имели также нечистые уста: апостол Петр осквернил их троекратным отречением; Фома своим сомнением; Филипп — при насыщении пяти тысяч народа пятью хлебами; Иаков и Иоанн, сыновья Заведеевы — честолюбивыми подстрекательствами своей матери. Но вот сошел на них Дух Святый в виде огненных языков и очистил их языки. Они вещали теперь только о Божьем величии (ст. 12). Так буквально исполнились слова Спасителя: “не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас” (Матф.10:20). — “И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать” (ст. 4). “Дух Святый для того и явился в виде огненных языков, дабы из злых языков сделать добрые и злому огню противупоставить священный огонь.”  И между нами у многих ли язык чист и неосквернен? Языком грешат чаще всего и более всего. Отныне —

Пусть Дух Святой очищает и сохраняет в чистоте наш азык.
1. От всего, что противно человеческому достоинству.
Много, много мы говорим в жизни такого, что унижает человеческое достоинство. Такие языки пусть Дух Святой очистит огнем!
а) Есть люди, которые, с утра до ночи, проводят время в пустых и срамных разговорах. Пустой язык опустошает и сердце.
Дети и скромные люди стыдятся таких речей, потому что они противны врожденному человеческому достоинству. Нецеломудренные слова — адская искра, посредством которой в сердце человеческом возжигается огонь нечистой любви. Уста таких — гроб открытый, говорит Священное Писание.
Язык человеческий, быть может, от того и гниет прежде всего во гробе, что через него большею частью высказывается гнилая, вонючая плоть.
б) Иной — двуязычен. Перед нами и нашими друзьями он говорит о нас доброе, а перед другими и за спиной — дурное. Мед и желчь!
Двуязычие совершенно противно природе и достоинству человека: кто может в одно и то же время испускать из своих уст теплое и холодное дыхание?
Не следует ли стыдиться самого себя?
Дух Святой есть Дух истины и искренности.
в) Тоже самое нужно сказать и о лести. Дух Святой сделал нас своими храмами, след., мы имеем высокое достоинство и должны уважать самих себя. Но как иной унижается лестью и незаслуженными похвалами, чтобы достигнуть каких-либо выгод? Ради земной прибыли ставят ни во что самих себя и отгоняют Святого Духа.
г) Унизительно для нашего достоинства и наушничество. Оно — дело лукавого духа. Мы приняли Святого Духа, а Он не призвал нас к тому, чтобы сделать нас переносчиками между двумя лицами или партиями. Какое дело нам до того, что другой говорит о третьем?
Удалим от себя всякие пустые и фальшивые речи, всякое двуязычие, ласкательство и наушничество! Мы приняли Святого Духа и через Негo — высокое достоинство. А этому достоинству соответствует только чистота языка, прямота, откровенность, сдержанность слова.
2. От всего, что несогласно с любовью к ближним.
Если мы истинно празднуем Пятидесятницу и истинно принимаем в себя Святого Духа, то Он наполняет нас любовью к ближним. “Любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым” (Рим.5:5). Где Дух Божий очищает язык и управляет языком, там — любовь к ближним. А где огонь Святого Духа не коснулся еще языка, там ненависть к ближнему, и эта ненависть выражается в следующем:
а) В уничижении чести ближнего. С правдой разглашают о других дурное, но неизвестное. Это самое обыкновенное явление между людьми. Как вреден такой грех?
Когда мы можем говорить о недостатках другого?
б) В клевете. Разглашают, чего вовсе нет. Как ужасно похищать у ближнего честь? Какое благо — честь? Священное Писание говорит: “смерть и жизнь — во власти языка.”
в) В зловредной, преднамеренной лжи. Она также много значит, как воровство и обман. Почему?
“Дьявол — лжец и отец лжи.”
“Мерзость пред Господом — уста лживые” (Прит. 12:22 ).
“Дух Святой есть Дух истины.”
г) В ругательствах, проклятиях. Как восстает Спаситель против “ракa?”  Что такое проклятие?
To же, что телесное убийство.
Любовь все терпит, желает добра, благословляет.
3. От всего, что погрешает против благоговения к Богу.
В ком не живет Дух Святой, язык того восстает против Бога:
а) Посредством суетного призвания Божьего имени. “Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно” (Исх. 20:7).
Однако ж как легко смотрят на это и как часто грешат?
б) Посредством упоминания имени Божьего при клятве.
Злоупотребляют именем Вышнего, Как?
Нужно всегда говорить правду; тогда каждый поверит без клятвы.
Клянущимся менее всего верят. “Хотя и говорят они: "жив Господь!,” но клянутся ложно” (Иер.5:2).
в) Посредством клятвопреступления. Судья, неправедно судящий; служащий, действующий вопреки присяге.
Где тогда Дух Святой?
г) Посредством нечистых молитв и лживых обещаний. Фарисей во храме. Лучше не обещать, чем не исполнить обещанного.
д) Посредством богохульства. Как ужасно богохульство? “Хулитель имени Господня должен умереть” (Лев. 24:16 ).
Заключение. Таковы грехи языка, происходящие из злого сердца, из дурных привычек, из неуважения и невнимания к себе.
Будем молиться Святому Духу, чтобы Он вселился в нас и очистил наш язык от всякой скверны.

Тема VIII.
Пришествие Духа Утешителя (Иоан. 16:7 ).
1. Откуда Он приходит?
2. Для чего?
3. Когда?

Тема IX.
Дух Святой приходит ко всем тем:
1. Которые, подобно апостолам, собираются для святых молитв.
2. Которые, подобно апостолам, ожидают Его со святым ожиданием.
3. Которые, подобно апостолам, находятся в святом общении со Христом.

Тема X.
Чудный дар языков, которыми обладали апостолы, служит неопровержимым доказательством божественности христианской веры.
Этот дар у апостолов был:
1. Действительное чудо, т.к. превосходил всякие человеческие силы.
2. Открытое и публичное чудо, т.к. совершился перед множеством свидетелей и сопровождался чрезвычайными обстоятельствами.
3. Благодетельнейшее чудо, т.к. он послужил к распространению и утверждению веры, которая через обращение столь великого множества людей доказала, что она есть божественная сила и божественная истина.

Тема XI.
Действие Божьего Духа в людях.
1. Он претворяет мрак во свет.
2. Он помогает нашей немощи своей силой.
3. Он доставляет мир покаявшемуся грешнику.

Тема XII.
Дух Святой есть Дух (Лук. 3:16 ).
1. Истины.
2. Любви.
3. Мира.

Тема ХIII.
Христианин, как храм Святого Духа.
1. Оживляется Его любовью.
2. Просвещается Его истиной.
3. Облагодатствуется миром и радостью.    
4. Исполняется плодов Его оправдания.


Образцы церковной проповеди.
Слово на день Святой Троицы.
Во имя Отца и Сына и Святого Духа!
Этими великими и святыми словами пастыри Церкви начинают обыкновенно все свои собеседования с нами, братие мои. Но в другие дни эти святые слова служат только святым заглавием слов и бесед церковных; а в нынешний день они могут составить самый предмет для поучения. Ибо ныне празднуем мы в честь и славу Пресвятой, Единосущной, Живоначальной и Нераздельной Троицы: о чем же приличнее потому и беседовать ныне, как не о тех Лицах, в честь Которых совершается празднество?
Трудно, правда, смотреть на солнце; еще труднее взирать на Пресвятую и Премирную Троицу — там теряется зрение; здесь слепнет ум! Так ослепли Арий, Македоний, Савеллий, Несторий! Так слепнут и ныне те, кто собственными очами дерзают прямо взирать на пресветлый лик Существа творческого. Но мы поступим не таким образом; а, подражая примеру богомудрых и вселенских учителей, вооружим свое слабое зрение трубой, которая, приближая духовное солнце, в то же время умеряет для нас блеск лучей его. Труба эта есть слово Божье, произнесенное Пророками и Апостолами. Средство это для нашей цели самое благонадежное; т.к. в слове Божьем говорит о Себе или сам Отец, или сам Сын, или сам Дух Святой. Им ли не знать Себя верно, или не уметь сказать о Себе, как должно?
Что же открывает нам о Боге слово Божье? Открывает, что Бог есть един во всей силе этого слова, что однако же этот единый, по Существу Своему, Бог состоит из трех Лиц. Ибо Тот же самый, который на Синае явился единым и вещал через Моисея: “только Господь Бог твой есть Бог, и нет еще кроме Его” — (Втор. 4:35), Тот же самый на Иордане открылся в трех видах, и потом через Евангелиста Своего провозгласил: “трие суть свидетелъствующш на небеси: Отец, Слово и Святый Дух, и сии три едино суть” (1 Иоан. 5:7 ). И сам Сын Божий, Который исповедал Бога, которого “не видел никто никогда” (Иоан. 1:18 ), посылая Апостолов для обращения всего мира из тьмы к свету, повелел им крестить все народы во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. После сего для нас отнюдь не какое-либо безразличное дело — исповедывать Бога единого, или триединого; нет, признавать, почитать и проповедывать Пресвятую Троицу — это наша непреложная обязанность, потому что это основание нашей веры, предмет нашей любви и залог нашего упования. Это вечная жизнь! Ибо кто искупит нас своей кровью, если не Бог — Сын? Кто освятит нас благодатью своей, если не Бог — Дух Святой?
Поэтому, в едином Боге мы исповедуем трех — Бога Отца, Бога Сына и Бога Духа Святого. Бог Отец именуется так потому, что Он, будучи началом всего Божества, предвечно родил Сына и предвечно же явил Собою Пресвятого Духа. Бог Сын именуется так потому, что Он рожден от вечности Отцом из собственного Его Существа, а во времени Он же, яко человек, благоволил родитъся от Пресвятой Девы Марии. Бог Дух Святой именуется так потому, что Он предвечно явлен Отцом и Сам одушевляет все сущее, особенно духи и души разумные. Чем отличаются между Собой Лица Божества, явствует уже из самого названия их. Бог Отец, Сам будучи безначален и безвиновен; Бог Сын рождается, но не рождает и не производит Духа; Бог Дух Святой явлен Отцом, но не рождается, и сам не рождает и не производит. Отчество, сыновство и происхождение, — эти три отличительные свойства Лиц Божественных! Отличаясь таким образом друг от друга, эти три Лица составляют одного и того же Бога: Отец есть Бог, Сын есть Бог и Дух Святой есть Бог: но не три Бога, а единое Божество, единое по силе, единое по воле, единое по могуществу, единое по славе и державе.
Так, последуя слову Божьему, учит о Боге святая Церковь, учит, не предполагая, чтобы этим сказано было о Боге все возможное, и чтобы сказанное вполне и совершенно выражало образ Божественного бытия.
Нет, Церковь, несмотря на её достоинство, как невесты Христовой, далека от этого самодерзновения. Она именует учение о Святой Троице таинством, то есть, таким предметом веры, который превышает наш ум; а что превышает ум, то не может быть высказано: высказаное уже не таинство.
Что есть самого общепонятного в рассматриваемом нами таинстве веры, так это благодеяния, которыми каждое Лицо Цресвятой Троицы ознаменовало Себя в отношении к людям. С этой стороны нет ничего неясного, никакого недоумения. Бог Отец есть величайший Благодетель наш — поскольку Он воззвал нас из небытия, почтил образом своим, не оставил и падших и послал Единородного Сына своего искупить и Пресвятого Духа освятить нас. Бог Сын есть величайший Благодетель наш — поскольку, во время злополучного преступления нами заповеди эдемской, Он принял на Себя всю ответственность за наш грех и всю тяжесть нашего падения, и, для восстановления нас в первобытное совершенство, облекся потом естеством нашим, жил посреди нас, умер за нас и воскрес для нас. Бог Дух Святой есть величайший Благодетель наш — поскольку, несмотря на беспримерную святость свою, Он не возгнушался нас грешных и нечистых, осеняет благодатью своей Церковь и все, что в ней, возрождает. Укрепляет и врачует нас, мертвых грехами, в таинствах, просвещает нас через вдохновенных Им Пророков и Апостолов, благоволит даже обитать таинственно в каждой верующей душе, для приготовления её в вечное жилище всей Пресвятой Троице. Короче говоря, все учение слова Божьего о действиях Бога Отца, Бога Сына и Бога Духа Святого состоит из повествования об Их благодеяниях, в разных видах, грешному роду человеческому.
И против этого-то, самого возвышенного, утешительного и всепросвещающего учения близорукий разум человеческий не раз восставал со своими жалкими недоумениями и возражениями! А он же, кичливый и дерзновенный, хотел бы, чтобы перед ним была открыта вся полнота Божества!.. Вот, приподнятъ только край завесы — указанием в единстве Триипостасия; и бедный разум не может вынести сияния! Что же было бы, если бы Триединое явилось ему во всей полноте таинственных всесовершенств своих? Но если для разума тяжело поднимать очи к небесам и видеть свет несозданный в самом его источнике, то пусть бедный и слабый осмотрится хотя бы кругом себя. Ибо не напрасно замечено и сказано еще одним мудрым язычником, что во всем мире сияет и светит троица. В самом деле, обратим ли внимание на самые большие, или на самые малые силы природы, в каждой из них увидим тройственность: сами оттенки их тройственны. Так, все вещи заключены, прежде всего, во времени и пространстве; но время тройственно: прошедшее, настоящее и будущее. Пространство также тройственно: длина, широта и высота, или, что то же, глубина. Чем, далее, держится весь мир? Силой центробежной, центростремительной и вращательной. Из чего состоит каждый день? Из утра, полдня и вечера. Из чего слагается каждая ночь? Из сумрака, полночи и рассвета. Что видим в каждой вещи? Фигуру, цвет и тяжесть. Всем этим и многим другим вся видимая природа выражает тройственность той силы, которая извлекла ее из ничтожества; но кроме сего, каждое из трех Лиц Божества, можно сказать, положило на всех вещах некий отпечаток своего личного бытия. Ибо существенное отличие Божественных лиц, как мы сказали, есть отчество, сыновство и духопроисхождение. Теперь смотрите, какое из окружающих нас существ не имеет способности рождать и рождаться? Какое, не смотря на свою грубость, не имеет даже своего духа? Везде рождение, везде и дух, как следы и знамения Триипостасного Божества.
Но если Божественная Троица сияет во всем мире, то в человеке, созданном по образу Божьему, Она отражается с ещё большей полнотой. Тут везде и во всем тройственность, начиная с видимого состава нашей природы. Наше тело со способностью рождать, наша душа со способностью чувствовать и страдать, наш дух со способностью вдыхать высшее, Божественное и одушевлять низшее, чувственное, — что это, как не земная, ограниченная, но подобно небесной, единосущная и нераздельная троица, в которой три суть одно?
Возьмем ли тело человека: здесь видимая трёхчастность состава — костей, плоти и соков. Возьмем ли душу: тоже трёхчастность — чувства, понятия и желания. Возьмем ли дух, опять три: ум, воля и свобода. Каждая из способностей также тройственна в действии: ум приемлет от предмета впечатление, судит и заключает; свобода видит, избирает и определяет; воля побуждается к вожделению, стремится, достигает.
Среди такой тройственности во всем сотворенном, чувственном и духовном, идти против тройственности в несозданном, не значит ли смежить глаза и не видеть света среди полудня? Такова участь тех, кто, отвергнув руководство слова Божьего, предаются руководству своего бедного разума! Переходя от заблуждения к заблуждению, они доходят нередко до того, что начинают сомневаться в собственном бытии.
Пожалев о таком неразумии и молитвенно пожелав заблуждающимся просвещения свыше, обратимся, братие мои, к предмету нашего собеседования, вознесемся мыслью над всем сотворенным, приблизимся к престолу Триипостасного Божества, как получившие на то дерзновение заслугами Божественного Искупителя нашего, падем в благоговении перед величием неисповедимых совершенств и во свидетельство нашей любви и благодарности за бесчисленные благодеяния к нам Пресвятой Троицы, принесем Ей в дар все существо наше. Богу Отцу принесем наше тело, да будет оно орудием к исполнению пресвятой воли Его; Богу Сыну принесем нашу душу, да воодушевится она силой креста Его; Богу Духу Святому принесем наш дух, да пламенея от росоносного дыхания Его, парит он в высоте над всем земным. Благо тому, кто еще в сей жизни начал, как воспевает в научение наше Святая Церковь, “светлеться Тройческим единством священнотайне!” Аминь.

Поучение в день Святой Троицы.
Сегодня, в день Святой Троицы, окончательно завершилось, братие, искупление мира, совершенное Иисусом Христом; завершилось оно Сошествием Святого Духа на Апостолов и всех верующих в Иисуса Христа в горнице Иерусалимской, что и воспоминается сегодня Святой Церковью. Говорю — завершилось сегодня искупление наше, а разве оно не было полно; потому что верующие во Христа еще не имели в
себе благодати Святого Духа, которая возрождает, взращивает, укрепляет нас в жизни духовной и приводит к совершенству. А с сегодняшнего дня Святые Апостолы, получив сами благодатную силу Святого Духа, стали сообщать ее через таинства церкви и всем верующим, и, таким образом, Церковь Христова, основанная им на земле, начала умножаться и распространятъся в мире, в лице верующих во Христа, которые через заслуги Спасителя, при вере в него и благочестии, подучают блаженство вечное на небе. Спасительная благодать Святого Духа через таинства Церкви будет сообщаться верующим до скончания мира, пока все, живущие на земле, не уверуют во Христа и идущие путем Спасителя получат уготованное им заслугами Его царство небесное. А так как благодатная сила сегодня вполне открывшегося царства Христова, через сошествие Святого Духа на Апостолов и всех верующих во Христа, спасительно простирается не только на живых, но и на умерших, то поэтому Святая Церковь, со времен Апостольских, постановила вчера и сегодня совершать молитвы о душах рабов прежде усопших отец и братий наших, в которых она просит Господа “упокоить их в месте светле, в месте злачне, в месте прохлаждения, идеже присещает свет Лица Божия.” (Веч. мол. в Троицкую поминальную субботу).
Нарочно установленным молением об усопших накануне Святой Троицы, Святая Церковь наша напоминает нам, братие, что усопшие отцы и братия наши имеют великую нужду в молитве Церкви и нашей собственной об упокоении их в блаженстве небесном, потому что они сами себе теперь помочь уже не могут, а ожидают этой помощи от нас. Ибо, по учению Святой Церкви, тяжкие грешники, перед смертью покаявшиеся, только не успевшие грехи свои загладить делами милосердия и человеколюбия, подвергаются за гробом мукам во аде, в которых могут получить облегчение, и даже совершенно освободиться от них и получить царство небесное, при помощи молитв родственников, раздаяния милостыни, в особенности приношения бескровной жертвы за души их. “Не без причины, говорит Святой Иоанн Златоуст, так долго нет суда, не без цели отсрочен на столь долгое время всеобщий, окончательный суд над человечеством. Дано время ходатайства перед Богом друг за друга. С наступлением же решительного часа участи человечества это ходатайство рушится. Тогда уже ни молитва, ни приношения, ни дружба, ни родство, ни слезы, ни добрые намерения и желания, ни добродетели не помогут нам.”
Во исполнение постановления Святой церкви, помолимся, братие, Господу, да пошлет Он нам говорит: “признавайтесь друг пред другом в проступках и молитесь друг за друга, чтобы исцелиться: много может усиленная молитва праведного” (Иак. 5:16). Аминь.

Сошествие Святого Духа на Апостолов.
Не долго сиротствовала зарождавшаяся церковь Христова после видимой разлуки со своим божественным Основателем. Отходя от неё Своим видимым существом, Он дал ей обетование вечно пребывать с ней и послать ей Утешителя — Духа, который должен был оживотворитъ все её существо и придать ей чудесную силу возрастания. И ученики с глубокой верой приняли это обетование, и потому-то, по свидетельству дееписателя, грусть разлуки в их сердцах была побеждена радостью надежды, которая и не замедлила осуществиться для них. Этой же радостью надежды проникнуто и все богослужение Святой Православной Церкви за те полторы недели, которые отделяют Вознесение от дня Святой Троицы. Она призывает нас мысленно перенестись на гору Масличную и предаваться ликованию при виде того, как наше “древле павшее естество вознесено превыше ангелов и на престоле посаждено с Божеством,” и как обетованный Дух Святой оживотворил и просветил умы людей, дав им уразуметь тайну благочестия, от которой содрогались ангелы. Седьмую неделю она посвящает в своем богослужении воспоминанию об отцах первого вселенского собора, которые, будучи “таинственными трубами Святого Духа,” возвестили вселенной непреложную истину богословия, низложив богохульственного Ария, а затем прославляет и само сошествие Святого Духа, призывая всех верных “поклониться триипостасному Божеству.” Следуя указанию святой Церкви, вспомним и мы это великое событие, возродившее мир и давшее ему новую жизнь.
Семь недель прошло со времени той Пасхи, которая ознаменовалась страшным смятением по случаю распятия Христа, сделавшегося жертвой неверия и злобы вождей избранного народа. Враги Его ликовали, полагая, что все это неприятное для них дело потушено навсегда. Правда, им известно было, что с Распятым произошло что-то необычайное, так что даже воины — язычники, не имущие упования воскресения, в страшном переполохе сообщали им о непостижимом для них восстании Распятого; но они успели замять и это, прибегнув к помощи того презренного, но всемогущего металла, который так нередко служил им добрую службу. С того времени ничто не смущало их совести, и если до них доходили слухи о явлениях Христа своим ученикам, то они, на подобие новейших рационалистов (ведь неверие всегда имеет одну и ту же, крайне узкую логику умозаключений!), вероятно, утешали себя высокомерно пренебрежительным рассуждением, что эти явления не более как плоды расстроенного воображения и потому их нечего опасаться: призрак не может уже причинить им такого беспокойства, какое причинял живой Иисус — до Своего распятия, и они с усыпленной совестью, настолько она может уснуть в преступной душе богопротивников, готовились к новому великому празднику — Пятидесятнице, предполагая отпраздновать его на славу, так как теперь некому уже было нарушать своими обличениями их лицемерно праздничного благочестия.
Как в древности, так и теперь, время от Пасхи до Пятидесятницы есть страдная пора в Палестине. По низменным долинам жатва начиналась уже с половины нисана, так что первые колосья ячменя приносились в жертву уже во второй день Пасхи. Постепенно переходя из долин к горным возвышенностям и к разным родам хлеба, жатва обыкновенно заканчивалась в первых числах сивана (июня), когда на полях добирались последние колосья пшеницы. Это окончание жатвы и освящалось праздником Пятидесятницы, когда в жертву приносились Господу, подателю всяческих благ, хлебы из новособранного зерна, а также и отборные животные из стад, по установлению закона.  Сначала Пятидесятница только такое и имела значение, составляя скорее праздник природы, чем закона; но впоследствии вместе с ним стало связыватъся и воспоминание о даровании синайского закона, совершившемся через пятъдесят дней по переходе через Красное море, и под влиянием книжников, которые ставили своей задачей во все формы жизни вводить господство закона, такое значение его сделалось господствующим. Такое значение праздника и послужило причиной того, что Господь этот именно день избрал временем исполнения Своего обетования о Святом Духе, имевшем даровать Его церкви новый закон благодати. В виду такой важности праздника иудеи стекались на него в Иерусалим в таком же множестве, как и на Пасху.
Каждый из них считал своим священным долгом побывать в священном городе, чтобы принести в благодарность Богу за собранную жатву установленную законом жертву, и это считали для себя обязательным не только палестинские, но и внепалестинские иудеи, жившие почти во всех странах известного тогда мира. Поэтому в Иерусалиме около этого времени можно было встретить иудеев — строгих ревнителей закона, прибывших из Рима, Египта, Крита, Аравии, Месопотамии, из всех областей Малой и Западной Азии, — из “всякого народа под небесами,” а также прозелитов из разных языческих народов. И без того многолюдный и шумный, Иерусалим представлял в это время вид волнующегося моря людей, переполнявших и улицы, и дома, и окрестные возвышенности. Гул разноязычных говоров стоном стоял над городом.
В праздничные дни, когда во все ворота города входили непрерывные толпы богомольцев, осиротевшие ученики Иисуса Христа, по обыкновению собравшись в горнице, предавались молитве и невольно размышляли о пережитых событиях. Сколько событий, самых великих, страшных и радостных, совершилось на их глазах за это время! Ведь прошло только три с половиной года с тех пор, как Иисус Назарянин Своим властным словом оторвал их от их убогих занятий и они несознательно пошли за Ним, повинуясь лишь неодолимой силе этого слова, — но эти три года больше и важнее вечности! Все что они пережили за это время, возродило их духовно, и они, оставив теперь земные надежды, единственно жили только ожиданием обетованного им Утешителя Духа, который, возместив им Учителя, облек бы их, но обетованию, силой свыше и озарил их души светом разумения всех тайн премудрого Божьего домостроительства.
Но вот настал и сам праздник Пятидесятницы. Одной из замечательных особенностей его было то, что предшествующая ему ночь проводилась в бдении. “Когда Бог хотел открыть закон,” толковали книжники, “то Он повелел поднять народ от сна; во избежание этой преступной сонливости, мы в бдении проводим всю эту ночь.” Собравшись в синагоги или в частных домах, иудеи действительно проводили эту ночь в священных песнопениях и в чтении священных книг, повествовавших о даровании синайского закона, а также и тех мест из них, где говорится о любви Всевышнего к своему избранному народу. И можно представить себе настроение собравшихся, когда они под впечатлением мысли о событиях синайского законодательства выслушивали величественное чтение из пророков, огненными чертами изображавших величие Сущего, как напр. чтение из пророка Аввакума: “Господи! услышал я слух Твой и убоялся. Господи! соверши дело Твое среди лет, среди лет яви его; во гневе вспомни о милости. Бог от Фемана грядет и Святый — от горы Фаран. Покрыло небеса величие Его, и славою Его наполнилась земля. Блеск ее — как солнечный свет; от руки Его лучи, и здесь тайник Его силы! Пред лицем Его идет язва, а по стопам Его — жгучий ветер. Он стал и поколебал землю; воззрел, и в трепет привел народы; вековые горы распались, первобытные холмы опали; пути Его вечные. Грустными видел я шатры Ефиопские; сотряслись палатки земли Мадиамской. Разве на реки воспылал, Господи, гнев Твой? разве на реки — негодование Твое, или на море — ярость Твоя, что Ты восшел на коней Твоих, на колесницы Твои спасительные? Ты обнажил лук Твой по клятвенному обетованию, данному коленам. Ты потоками рассек землю. Увидев Тебя, вострепетали горы, ринулись воды; бездна дала голос свой, высоко подняла руки свои; солнце и луна остановились на месте своем пред светом летающих стрел Твоих, пред сиянием сверкающих копьев Твоих. Во гневе шествуешь Ты по земле и в негодовании попираешь народы. Ты выступаешь для спасения народа Твоего, для спасения помазанного Твоего. Ты сокрушаешь главу нечестивого дома, обнажая его от основания до верха” (3:2-13)…
Если и вообще иудеи в священный канун Пятидесятницы под впечатлением таких чтений находились в восторженно-религиозном настроении, то еще более апостолы и ученики Христовы. Для них эта ночь была моментом страшного перехода от ветхой жизни к жизни новой, от закона к благодати, и они, пребывая в молитве, тихо молились духом и истиной, прося вознесшегося Учителя, чтобы Он скорее послал им обетованного Духа, который и дал бы им новый закон бдагодати для возвещения его по всему миру. В такой молитве прошла вся ночь, и наступило утро. С ранним рассветом жизнь в городе закипела, и массы народа устремились к храму для установленных жертвоприношений. Храмовая площадь стонала от говора разноязычных масс народа, которые выбирали у торговцев “агнцев без порока,” как предписано в законе, или вели на заклание “козла в жертву за грех.” Увы! Все эти массы служили еще тщете ветхого завета в то время, когда на место его возвещен был уже новый завет благодати, служили тени, когда явилась сама действительность, вели на заклание ягненка или козла, когда бремя мирового греха взял уже на себя Божественный Агнец и, совершив спасение мира, был заклан от этой самой неразумной толпы, не ведавшей того, что она творила...
И при виде этого, еще горячее возносилась молитва учеников, чтобы скорее настало благодатное время духовного озарения — не только для них, но и для всего этого темного люда, пребывавшего во тъме неведения. И молитва их была услышана. Было около трех часов утра, и когда они молились, внезапно “сделался необыкновенный шум с неба, как бы от несущегося бурного ветра” или как бы от волнения вод многих; дом, где они находились, потрясся до основ, как бы от урагана, соединенного с землетрясением. Не успели они еще оправиться от неожиданности этого поразившего их явления, как последовало новое явление: как бы пламя огненное осветило дом и разделяющиеся языки его почили по одному на каждом из них.
Что это такое? С изумлением спрашивали апостолы друг друга. Им известно было, что подобные явления происходили на горе Синай в день законодательства. В тот день при наступлении утра слышались раскаты грома и ослепительные молнии пронизывали гору, которая вся дымилась и трепетала, и Господь сошел к Моисею и дал ему закон. Не дает ли и им теперь вознесшийся Учитель новый закон, из которого они научатся всякой правде? Но скоро их недоумения рассеялись. Уже в первых вопросах удивления, с которыми они обращались друг к другу, они увидели, что говорят на разных, дотоле неведомых им языках, и внутри себя чувствовали клокотание новых могучих сил. Они почувствовали себя как бы вновь рожденными. Мысли возвышенные и глубокие зароились в их умах, и вера, горячая как пламя, запылала в их сердцах. Мгновенно вспомнилось им все учение, которое они некогда слышали от Учителя, и каждое слово этого учения, как раскаленное железо, жгло им сердце и требовало открытого всенародного исповедания: Они поняли, что “исполнились Духа Святого и Дух давал им провещаватъ.” Тесны были для них теперь пределы горницы: неудержимая сила вдохновения влекла их в это народное море, которое волновалось пред храмом, чтобы там в боговдохновенной проповеди исповедать Христа и проповедать Его слово.
Между тем и народ, пораженный происшедшими необычайными явлениями, пришел в смятение и устремился к дому, в котором находились богопросвещенные апостолы. Апостолы вышли из дома. Взоры их сияли как молния, проникая народные толпы, и радостно озирали они эти необозримые массы, представлявшие богатую жатву для делателей и созидателей царства Христова. И начали они вдохновенную речь. Неудержимым потоком лилась она из их уст, слагаясь из слов, из которых каждое было их сердцем, воплощенной верой и любовью к их небесному Учителю. Что значили тогда пред ними знаменитейшие ораторы классического мира, слагавшие свои речи по правилам искусства, — речи, одушевленные лишь их убогим тщеславием? Вдохновенные речи апостолов гремели как гром, потрясающий горы, и действовали с силой молота, разбивающего скалы. Безмолвно внимали несметные толпы народа дивным речам, и дивились более этим речам, нежели тем грозным явлениям, которые привлекли их сюда.
Под первым неотразимым впечатлением этих речей, массы народные не замечали их чудесной внешней особенности. Они чувствовали только, что эти речи — необыкновенные речи, что они проникают до мозга костей, и как огонь жгут сердца слушателей. Но когда прошло первое впечатление и массы разноязычного народа переглянулись между собой, чтобы поделиться вынесенным впечатлением, они с изумлением заметили, что только что выслушанные речи каждый из них слышал на родном языке. От изумления у всех как бы застыли лица. Как! И египтянин, до сих пор гордившийся тем, что язык его знают лишь рожденные в земле пирамид, и грек и римлянин, считавшие свой язык достоянием лишь образованных людей, — все они теперь слышат каждый свой язык, и от кого же? — от этих невежественных, заброшенных, убогих галилеян, одно имя которых звучало презрением!
Сначала немое изумление затем начало высказыватъся в словах и восклицаниях. Гул восклицаний и вопросов пробежал по массам: все обращались друг к другу за разъяснением загадочного явления. “Сии говорящие не все ли галилеяне?” — удивленно спрашивали в народе друг друга. “Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились, слышим их нашими языками говорящих о великих делах Божиих? И опять изумлялись все, и недоумевая говорили друг другу: что это значит?” Но необычайное явление не всегда вызывает одно только удивление. Среди многочисленной толпы всегда найдутся люди, для легкомыслия которых нет ничего необычайного и чудесного и которые в оправдание ли своего глубокого невежества, или для достижения низких своекорыстных целей будут старатъся и самое необычайное низвести на степень единственно понятной им пошлости. Нашлись такие и среди массы народа, окружавшего боговдохновенных апостолов. Эти безумцы чужды были святого удивления к необычайному явлению, и они, насмехаясь, говорили, — кивая на апостолов: “они напились сладкого вина” (любимый утренний напиток в древности). Так кощунственное легкомыслие всегда посмеивается над святым вдохновением! Не понять было чувственному и жестоковыйному народу происходившего перед ним: это было чудо — великое и таинственное, тот чудесный дар, который небесный Учитель обещал перед вознесением, когда сказал, что верующие в Негo “будут говорить новыми языками” (Мар. 16:17). Теперь это обетование исполнилось: Его ученики стали говорить другими, новыми языками, и говорили то, чему научил их ниспосланный Утешитель — Святой Дух. Всякое чудо, направленное к достижению возвышенных религиозно-нравственных целей, прежде всего имеет в виду устранение естественных препятствий к этому. Так было и теперь. Учение Христа должно было проповедатъся всем народам земли, а между тем их разделяла преграда в виде разности языков и наречий. Дар языков устранил эту преграду, и слово Христа свободно могло распространяться по всему миру. Как чудесный дар, он был непостижим не только тогдашней невежественнной толпе, но останется таким и для высшего научного знания, и все научные попытки объяснить его представляют одно смутное гадание.
Между тем, гул восклицаний все более разливался по народным массам, не умевшим объяснить чудесного явления. Но среди восклицаний удивления все громче стали раздаватъся насмешливые голоса кощунников, усиливавшихся дать преобладание своему легкомыслию. Минута была страшная. Делу Божьему грозило общее посмеяние. Но оно никогда не посмеивается! В этот момент из среды апостолов выступил апостол Петр и громким голосом обратился к волновавшейся толпе: “Мужи иудейские и все обитающие в Иерусалиме!” — воскликнул он. Толпа, пораженная мужеством апостола, смолкла и притаила дыхание. А апостол Петр продолжал: “сие да будет вам известно, и внимайте словам моим: они не пьяны как вы думаете, ибо теперь третий час дня; но это есть предреченное пророком Иоилем: и будет в последние дни, говорить Бог, излию от Духа Моего на всякую плоть, и будут пророчествовать.” Толпа умилилась сердцем, услышав пророческое слово, и апостол Петр перешел к открытой проповеди о Христе. “Мужи израильские!” — воскликнул он опять. “Выслушайте слова сии: Иисуса Назорея, мужа засвидетельствованного вам от Бога знамениями и чудесами, которые Бог сотворил через Негo среди вас, как и сами знаете, Сегo вы взяли и, пригвоздив руками беззаконных, убили... Но Бог воскресил Его, расторгнув узы смерти... чему мы все свидетели. И так Он, быв вознесен десницей Божией и приняв от Отца обетование Святого Духа, излил то, что вы ныне видите и слышите... Итак твердо знай весь дом Израилев, что Бог соделал Господом и Христом того Иисуса, которого вы распяли.”
Апостол кончил свою речь, но как страшный гром небесного правосудия слова её раздавались еще в ушах тех из этой толпы, которые лишь пятьдесят дней тому назад в безумном неистовстве кричали: “распни, распни Его!” С воплем отчаяния многие бросились к Петру и другим апостолам, восклицая: “что нам делать, мужи братия?” “Петр же сказал им: покайтесь и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов и получите дар Святого Духа.” И были эти слова как целительный елей для настрадавшихся душ. В тот день крестилось около трех тысяч человек. Это были первые плоды с назревшей всенародной нивы, но богатство этих первых плодов ясно давало знать о богатстве последующей жатвы. По окончании праздника паломники разнесли молву о виденном и слышанном ими во все концы мира и бросили первые семена учения Христова на невозделанную почву язычества.
И эти семена, оживотворяемые Духом Святым, начали произрастать с чудесной силой. Горчичное зерно Евангелия, малейшее из всех зерен, возросло в великое дерево, под ветвями которого нашли себе приют величайшие народы мира. И это дерево есть христианская Церковь, которая обнимает собой все лучшее человечество, призывая к себе и тех, которые еще по неведению или злобному упорству уклоняются от её материнских объятий и не находятся в её единоспасающем лоне. Она есть тот всемирный храм, в котором пребывает всеживотворящий и всенаполняющий Дух, это Сокровище всякого блага, этот источник жизни, вне которого царствует смерть или прозябает лишь призрачная жизнь. Насколько же велико ослепление тех, которые в наше время, уже будучи приняты Святой Церковью в свое спасающее лоно, с дерзкой самонадеянностъю оставляют его и думают найти жизнь в темных трущобах сектантства и рационализма! Оставляя Святую Церковь, это хранилище Животворящего Духа, они повергаются в бездну смерти, и опять делаются рабами того проклятия смерти, от которого приходил искупить Христос и для освобождения от которого послан им Утешитель — Дух Святой.
Пусть же эти слепые суемудры сознают всю бедственность своего заблуждения, и возвратясь в лоно любящей и всепрощающей Матери — Церкви, вместе с ней взывают к Утешителю — Духу, чтобы Он пришел к ним, вселился в них и, просветив их разум и сердце, наставлял их на всякую правду.


Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Неделю Святой Троицы.
Арсений, митроп. Киевский. Сочинения (73 г.), т. I, стр. 235-258.
Иннокентий, арх. Херсонский. Сочинения (72 г.), т. I, 374-438; 444-458.
Филарет, арх. Черниговский. Слова и беседы (63 г.). ч. I, 89-108.
Евсевий, арх. Могилевский. Бес. на воскр. и праздн. еванг. (63 г.), т. I, 218-247.
Его же. Беседы на воскр. и праздн. чтения из апостола (67 г.), ч. I, 141-156.
Димитрий, арх. Херсонский. Полн. собр. проповедей (90 г.), т. I, 215-248.
Макарий, митр. Московский. Слова и речи (80 г.), 84.
Феофан, еп. Слова на Госп., Богор. и торж. дни (83 г.), 179-200.
Его же. Слова к Тамбовской пастве (61 г.), 179-183.
Сергий, арх. Владимирский. Годичный круг слов (98 г.), 59-63.
Евлампий, арх. Тобольский. Святая Пятидесятница (58 г.), 441-456.
Серафим, арх. Воронежский. Слова и речи (76 г.), т. I, 218-225.
Виссарион, eп. Костромской. Поучения (99 г.), 120-123.
Николай, еп. Алеутский. Проповеди (97 г.), 179-190.
Путятин P., прот. Полн. собр. поучений (93 г.), 79-84.
Мегорский Е., прот. Слова, поучения и речи (94 г.), 186-192.
Романов И, прот. Полн. собр. поучений (88 г.), 134-137.
Белоцветов А. Круг поучений (94 г.), 56.
Долинский И., свящ. Краткие поучения (95 г.), 212-218.
Богородский Ф. Голос сельского пастыря (85 г.), 51-55.
Скрябин А., Простонародные поучения (66 г.), 97.
Дъяченко Г. Ежедневные поучения (97 г.), 86-93.
Лядский ?., свящ. Поучения (70 г.), 143.
Семинарская и святоотеческая библиотеки

Предыдущая || Вернуться на главную
Полезная информация: